— Да в порядке я, хватит уже купаться и иди сюда! На тебе ж большая часть моих вещей висит! — Из-за того, что он планировал при первых же признаков опасности сделать ноги, парень не стал снимать на ночь с хуаза сумки с пожитками и все они насквозь промокли. — Сушить теперь придется…

Поняв, что «Хозяин пришел в себя и злая, голодная тварь ушла» ездовая ящерица вылезла из воды и с довольной улыбкой засеменила к одноглазому фарольцу, бодро шлепая по песку мокрыми лапами. Оказавшись рядом с Мизаром, хитрое создание ткнулось носом ему под руку и начало тихо ворчать, выказывая свое недовольство недавним появлением Демонического Охотника, который очень сильно её напугал, из-за чего она очень сильно проголодалась. И при этом взгляд облизывающейся Ягай как будто бы невзначай останавливался на огромной туше поверженной змеи, из которой бойцы одноглазого наемника вырезали куски мяса.

— Вот ведь обжора ненасытная…

Лезвие изогнутого клинка со свистом пропороло воздух и обезглавленная молодая девушка рухнула на иссушенную землю, щедро орошая её своей кровью.

— У тебя осталось еще двое детей, человек. — Резким взмахом стряхнув с меча оставшуюся на нем кровь, скрытая Улиэль окинула презрительным взглядом сельского старосту, который был прижат к земле парой эльфийских воинов и бессильно взирал на гибель собственной дочери. — И их жизнь сейчас зависит от тебя. Либо ты перестанешь мне лгать и тогда мы вас отпустим, либо ты умрешь точно также, как и вся твоя жалкая деревня.

Окружавшее их село пылало — огонь жадно пожирал сложенные из веток и глины дома, стелился по сухой траве и споро переползал с одного подворья на другое. Улицы деревни были завалены трупами перебитых жителей, а в воздухе витали запахи гари и свежей крови.

И все из-за одного упрямого идиота…

Староста деревни, через которую не так давно прошел одноглазый носитель демона, изначально попытался направить их по ложному пути, но когда скрытая иллюзией беловолосая эльфийка распознала его ложь и в приказном порядке потребовала сказать правду, он заупрямился и позвал селян себе на помощь, чтобы те выпроводили незваных гостей восвояси.

Не оценив подобной дерзости со стороны жалкого смертного, Улиэль приказала своим бойцам, большая часть которых маскировалась под чарами невидимости, вырезать всю деревню, за исключением самого старосты и его семьи. И сейчас двое из четырех отпрысков этого седого упрямца двое уже лежали мертвыми рядом со своим отцом.

— Надеюсь, что ты проявишь свое благоразумие раньше, чем у тебя кончатся потомки. — Лезвие клинка беловолосой ставленницы Великого Князя уперлось тыльной стороной в шею насмерть перепуганной молодой девушки, что прижимала к себе не менее напуганную младшую сестру. — И расскажешь мне, куда отправился отряд того одноглазого фарольца. Иначе… — Клинок в руке беловолосой эльфийки переместился с шеи старшей дочери старосты на плечо младшей, что зажмурившись, пыталась вжаться в свою сестру. — Следующей в чертоги смерти отправится дитя.

Являясь одной из представительниц аристократии Великого Леса, Улиэль прекрасно владела искусством манипуляции и знала на что нужно надавить, дабы получить от собеседника желаемое. И хотя староста деревни был крайне крепким орешком — запугать эльфийка пыталась не его…

— Да сколько можно, хрыч ты старый! Сам помереть хочешь, так хоть нам выжить дай! — Не выдержав морального прессинга, старшая дочь повернулась к ставленнице Великого Князя и указала рукой куда-то в сторону. — На юго-восток они отправились, господин! Дорогу до какого-то форта спрашивали, который нежить не так давно осадила! Если прямо сейчас выйдете, то успеете их перехватить в дороге! В отряде пять десятков бойцов и все пешие — на ваших конях за пару дней догнать получится! Только оставьте нас с Альтикой в покое!

— Дура малолетняя… — Тихо просипел придавленный к земле старик. — Они все равно нас прикончить собирались, даже если скажем — мы же свидетели устроенной ими бойни. А из-за твоей тупости теперь погибнем не только мы, но и твой брат, что ушел с отрядом этого…

Скрытая иллюзией эльфийка подала знак своим бойцам и те сперва прикончили самого старосту, а затем обезглавили его дочерей, после чего зашвырнули их тела с головами в ближайший горящий дом, дабы уничтожить следы содеянного.

" — Одна спаленная деревня на границе с опасными Землями Мертвых — это не полностью зачищенный Западный Край и если все сложится удачно, то никто не поймет, что это наших рук дело." — Взобравшись на свою лошадь, Улиэль жестами приказа паре эльфийских следопытов разведать местность к юго-востоку от сожженой деревни и начала обдумывать сложившуюся ситуацию.

Чем больше ставленница Великого Князя узнавала про свою цель, тем меньше она понимала мотивацию этого смертного.

Согласно собранной её шпионами информации, первое появление Мизара было замечено в Западном Крае фарольского королевства, причем не в той его части, которая контролировалась людьми, а практически на самой границе с Великим Лесом. Тогда у армии Княжества Осенней Листвы пропал целый отряд бойцов из знатных семей, что сопровождал повозку с зачарованными ловушками для рыцарей Фарола.

После шпионы из рядов солдат генерала Фирлика отрапортовали о стычке Красного Клинка со странным смертным, причем, что было довольно странно — человек выжил, а предводитель воинства Великого Леса и сильнейший боец во всем мире(По мнению самой Улиэль) выглядел крайне недовольным прошедшей схваткой.

Дальнейшие донесения были довольно мутными, потому как Даракас, Фирлик и сын генерала Лирузиль начали догадываться о замысле Великого Князя и донесения стали поступать в столицу с сильными перебоями, но беловолосой эльфийке было точно известно, что этот Мизар смог пробраться в лагерь главного параноика, среди всех командиров Копий и сбежать оттуда, прихватив у предателя мешок ценностей.