На какое-то время установилась тишина. Даже Баюн молчал, что было очень удивительно. Обычно у него рот не закрывался. Поболтать он любил.

— Ты же как сделаешь тут своё дело уедешь отсюда? — вдруг прервала она молчание.

— Ну, да. Смысл мне ещё тут торчать? Поеду домой. А почему ты спрашиваешь?

— Возьмёшь меня с собой? — неожиданно попросила она, — Тут, в лесу, я скоро совсем погибну без силы. Посторонние люди здесь больше давно уже не ходят и не ездят, так что питаться мне некем. Раньше в таких случаях мне помогала госпожа, но сейчас она спит и не слышит меня… Деревенские жители умеют защищаться от таких, как я. У тебя же так много силы, что находясь рядом с тобой я буквально оживаю, — убрала она за ухо непослушный кудрявый локон, и искоса глянула на меня, — А я тебе отслужу…

— Давай сначала дело сделаем, а потом уже я решу, — уклончиво ответил я. Честно говоря, мне не хотелось тащить с собой в город эту тварь, притворяющуюся ребёнком. И дело было вовсе не в том, что мне сложно будет объяснить тем же родителям или друзьям, кто она. Уверен, что она способна не показываться никому на глаза. Вот только смогу ли я удержать её, когда она наберётся сил, и решит кого-нибудь убить? Насколько вообще эффективны эти клятвы Луной? От неё сейчас-то жутью так и несёт, что же будет когда она сил наберётся? Но и отказывать я ей сейчас не хотел. Мало ли… Вдруг решит, что тогда я ей не интересен, не доведёт нас до конца и уйдёт? Или ещё лучше, заведёт в какие-нибудь дебри, из которых я потом и дорогу обратно не найду?

— Марья! Ты опять за своё? Снова собираешься человека погубить? Ты же обещала мне, что не будешь больше этого делать в моём лесу! — донёсся вдруг до нас строгий скрипучий старческий голос, и я увидел в нескольких метрах от нас впереди лешего.

Он кутался в старое, всё в заплатках, пальто, и сурово смотрел на Мавку, которая вдруг вроде как даже смутилась под его взглядом.

— Нет, дедушка Тихон, это не то что ты подумал. Я наоборот помогаю человеку и веду его туда, куда он меня попросил.

— Мда? Это так, парень? — недоверчиво спросил он у меня.

— Здравствуйте, уважаемый, — для начала поздоровался я, в глубине души досадуя на то, что забыл купить угощение для лешего. Ведь должен был предположить, что он тут есть. И помощь в указании дороги к домику лесника можно было у него попросить, а я и не подумал, — Прошу прощения, что без угощения пришёл в ваш лес. Если только может это пойдёт. Угощайтесь! — я залез в рюкзак, и вытащил пачку сухарей. Вот только они с чесноком… Понятия не имею, как лешие на него реагируют. Не сочтёт ли за издевательство?

— Что там у тебя? Сухарики? — засуетился он, подошёл ближе, и выхватил у меня из рук пачку, — О! С чесноком… Это не с хреном, конечно, но тоже ничего. Пойдёт. Благодарствую, — и он тут же разорвал пачку, и аппетитно захрустел, весело подмигнув мне.

А вот мавке запах чеснока явно не понравился. Она поморщилась, и отошла от него подальше.

— Паря, а ты вообще знаешь, кто она такая? — доверительно шепнул он мне, показав глазами на девочку, — Ты точно добровольно с ней идёшь? А то смотри, могу помочь, если надо.

— Всё нормально, благодарю. Я знаю, кто она. И она Луной поклялась, что не причинит мне вреда. Да и Баюн со мной. Не даст меня в обиду, если что, — кивнул я ему на кота, сидевшего в стороне и вроде как не скрывающегося, но судя по тому, как подскочил вверх леший, до этого момента он его не замечал.

— Шишку мне в рот! И впрямь Баюн! Ну у тебя и спутнички, парень. Один другого страшнее… Кто же ты сам такой будешь? Вижу, что из наших, а понять не могу, как будто даже и магией отдаёт от тебя… — вопросительно уставился он на меня, — Кто же ты есть, мил человек? И зачем в мой лес пожаловал? С добром али худом?

— Кощеевич я, — со вздохом признался я, — А с добром или худом… Сложно сказать. Отшельника я ищу.

— Коще-е-е-евич? — протянул он удивлённо, — Мда, дела-а-а… А я думал, перевелись вы уже на Руси-то… Тогда понятно, почему Марья рядом с тобой вьётся. Кощей же муж её госпожи, вот и почуяла в тебе родственничка… Но зачем же тебе Отшельник? Ты бы поостерёгся к нему идти… Он хоть и тихий, но злобный… Ежели что ему не понравится, не выйти тебе живым из лесу, и вся твоя сила не поможет, вместе с ними, — кивнул он на мавку с Баюном, — Хитрый он, коварный и очень искусен в колдовстве. Так что если со злом ты к нему идёшь, то лучше уходи… Не справиться тебе с ним, — покачал он головой.

— Посмотрим, — неопределённо пожал плечами я, — Но спасибо за предупреждение. Буду осторожнее.

— Дальше, значит, всё же решил идти… — тяжело вздохнул он, — Ну что же… То твоё дело… Ежели дело совсем худо пойдёт, и придётся тебе бежать от него, позови меня, и я помогу тебе из леса так выйти, чтобы он тебя не догнал.

— Спасибо, — поклонился я ему, — А можете вы нам и сейчас помочь, и проложить нам дорогу к его дому?

— Совсем уж к его дому нет, — сожалеюще покачал головой он, — Он ближайший к дому лес закрыл от скрытых троп, но вот поблизости к нему я вас выведу, — он махнул рукой, и рядом с нами появилась тропинка, где вот только что заросли кустарника были, — А уж дальше вас Марья проведёт. Она к его дому дорогу хорошо знает, — как-то грустно закончил он, и мы продолжили свой путь.