— Я не кусаюсь! Простите.

— Вы-то тут причём? Я про птичку.

— Действительно.

— Мне всё больше сегодняшний день напоминает начало фантастического триллера. Пустой старинный особняк, прекрасная хозяйка, брюнетка, к тому же, попытка напоить гостя и, в довершение, Вы ведёте меня в подземелья... По закону жанра нас там должна ждать как минимум кровожадная тварь.

— Что Вы! Проходите смелее! Я прикрою дверь, её немного заедает.

На дверь я наложила заклятье. Теперь ветеринар сам её открыть не сможет. Тварь ему кровожадную подавай! Будет тебе тварь.

— Как вам смотровой стол? Удобный?

— Довольно странный. Напоминает стол какого-то съехавшего с ума алхимика. Руны эти, символы, да и жёлобы для стекания жидкостей. Давайте уже Вашу пернатую. Где птичка?

— Вы уверены? У Вас как с нервами? С сердцем? Всё хорошо?

— Не тратьте моё время. Всё у меня хорошо! Несите пациента.

Я встала поудобнее и раскрыла крылья.

— Демон! Демооон!

С этими словами доктор позорно рванул к выходу из подвала. Отчаянно подёргал ручку двери. Я медленно шла за ним.

— Не демон. Демон остался в столовой. Всего-навсего сирин.

— Изыди тварь!

Доктор рванул мимо меня в другую дверь. В пыточную. И забаррикадировался изнутри.

— Изыди! Я молитву знаю.

— Что Вам понадобилось в пыточной? Открывайте, не заставляйте даму ждать. И так оставили меня голодной на полдня!

— Не дождёшься моей крови, тварь! Я слово знаю! На мне крест есть!

— Откройте сами или я дверь развею.

— Не открою!

Пришлось развеять. Потеряв опору, доктор сначала шатнулся, а потом с визгом умчался и стал метаться по пыточной. Я за ним. Крылья мешали. Быстро не побегаешь. Ещё прищемлю ненароком.

— В прятки будем играть?

Ветеринар забился под дыбу. Я медленно подошла и постучала по ней.

— Ку-ку, доктор. Я Вас нашла. Вылезайте.

— Не вылезу! Вы меня сожрете! Без боя не дамся!

— Вылезайте, я Вам говорю! Вы не в моем вкусе.

Размышления Заразы.

Я отомстю! И мстя моя будет страшна! То есть месть!

Который день заикаюсь после приезда этой ее тети. Первые сутки вообще провел в коробе от швейной машинки Марфы. Кому рассказать! Хорошо еще, что Марфа заслышав шорох, бысто разобралась, что это я, а не мыши пробрались в ее вотчину. Всего-то один раз и огрела полотенцем. Зато потоооом! Как начала извиняться и кормить! Еле вылез наружу. Застрял в той коробке. Перья помял. И все из-за кого? Из-за Софии! Страш-ш-шная женщина!

Отомстить как следует, может, и не получиться. Хозяйка же! Не имею права! Но напакостить-то я могу как следует?

Эрлик.

Марцеллы нигде не было видно. Вышел в столовую, где сидел её демон.

— Зараза, ты не видел госпожу?

— Она уединилась с мужчиной в пыточной. Беги, опоздаешь!

Я рванул в подземелье. Что она может там делать? Без меня!

В пыточную влетел взволнованный Эрлик.

— Госпожа? Вы решили пытать кого-то?

— Посмотри под дыбу. Это доктор, который приехал поправить мне пёрышки, а сам не хочет вылезать.

— Достать?

— Доктор, Вас достать или Вы вылезете сами? Мне просто нужно поправить пару пёрышек. Мой пух растёт в одном месте не в ту сторону. Поможете? Всё равно ведь достану.

— А потом Вы меня сожрёте, да?

— Хотите, поклянусь не обидеть? На крови. И к оплате прибавлю золотой перстень?

— Я так понимаю, вариантов у меня особо нет?

— Никаких.

— Ложитесь на стол. Вина только налейте.

Бочком-бочком мимо орудий пытки я прошла к столу. Легла, вытянувшись во весь рост и свесила раскрытые крылья по бокам. Красиво, должно быть. Чёрные крылья, чёрные волосы свисают, разметавшись прядями, голая спина и чёрные брюки для верховой едзы в обтяжку. Доктор с Эрликом вошли следом.

Сильные руки ветеринара начали ощупывать и мять мои крылья. Неземное блаженство, как же я теперь хорошо понимаю Заразу! Каждая косточка, каждая жилка, каждый миллиметр кожи, всё было размято, растёрто, прощупано сильными и внимательными руками врача. Невольно, когда он приступил ко второму крылу, я сладостно вздохнула, почти застонала, эхом этому звуку раздался глухой вздох варвара. Осмотр, тем временем, продолжился.

— Молодой человек, а Вы не подскажете, где именно чесалось? Это же Ваша птичка? Она при этом не трясла головкой?

— Не трясла я головкой, чешется в основании правого крыла.

— Простите, я как-то не привык, что пациенты разговаривают. Впрочем, так действительно значительно удобнее. Можно мне ещё вина?

— Эрлик, налей ветеринару вина и покажи, где ты меня чесал. Я до туда не достаю, доктор.

— А это ваш муж или, всё-таки, хозяин такого славного животного?

— Я раб госпожи.