Надеюсь, плазменный пистолет останется при мне.

Каменоломни на западе удобны тем, что тут несколько этажей, и есть выход за пределы Полигона. Те, что в центре, я еще не изучил. Если рамоновцы знают, что мы именно в каменоломнях, им разумнее всего просто заваливать входы. Это подземелье известно гемодам, значит, надо перемещаться в центр.

Да и в голове созрел план, жаль, что нельзя им поделиться с остальными, уж очень он… неправомерный и рискованный, но зато, если выгорит, победа у нас в руках. Если не выгорит, с вероятностью в девяносто процентов меня пристрелят, и вылечиться я не смогу — нет в запасе свободного очка характеристик, которое можно было бы распределить.

— Идем в центр, — командую я. — Обследуем тамошние подземелья, отыщем что-то подходящее.

Лекс хмыкает.

— Знаешь, что такое «тальпа» по-древнеримски? — задает он вопрос, на который ни у кого нет ответа. — Крот. Такая у тебя говорящая фамилия.

К центру движемся не самым коротким маршрутом, а между холмами, перебежками, чтобы не столкнуться с разведотрядами Рамона, наверняка отправленными на наши поиски.

— Я бы поставил наблюдателей возле оазисов, — говорит Вэра. — Ведь мы обязательно должны ходить за водой.

— А сколько всьего оазисов? — интересуется Тейн, и я вспоминаю о карте, достаю ее из кармана штанов, разглаживаю на коленке.

— Сейчас посмотрим. Жаль, подземелья не обозначены, как и входы в них. — Нахожу четыре значка с пальмами, поочередно накрываю их пальцем. — Вот. На юге ни одного, три сосредоточены вокруг центра, который, хоть нам этого и не заметно, в низине, и один на северо-востоке. А значит, потребуется как минимум восемь человек: по два на каждый оазис. Нет, он не будет так рисковать, ведь нас больше, мы просто убьем его людей. Скорее всего, соберет эту восьмерку в кучу, снарядит отряд, и будут они гонять нас по пустыне, как собака — блох.

— И гемоды, — напоминает Надана.

Вэра говорит:

— Тут огромная площадь, где можно затеряться. Но не в интересах организаторов, чтобы сюжет провис. Скорее всего, будут подыгрывать или им, или нам.

— Скорее нам, — говорит Лекс. — Так можно затянуть шоу на подольше.

— А я слышал, — берет слово Тейн, — что «Полигон» цьенен имьенно тьем, что тут ньевмешательство. Взьять хотья бы то, что Льеон…

— Закрыли тему. И вообще, поменьше шумите, будьте, как Вэра.

Дальше идем молча. Ветер давно успокоился, редкие, но сильные порывы гонят по земле струйки пыли и песка. Вэра останавливается, делает взмах, и падает, мы все прижимаемся в земле, не понимая, где опасность и куда прятаться.

Карталонец бесшумно движется от камня к камню, огибает насыпь, затаивается там, ползет дальше и исчезает из вида, а мы, уже сообразив, откуда на нас будут смотреть, расползаемся по укрытиям, ждем. Доносится чихание, шепот. Да они рядом совсем!

Лежим в засаде минут десять, пока не возвращается Вэра. Жестом подозвав нас, он говорит:

— Семеро, вооружены. Шли на северо-запад, к нашим каменоломням, так что вовремя мы. Как я понял из шепотков, второй отряд тоже прочесывает Полигон. И у них арбалеты.

«А у нас пистолет», — хотелось сказать мне, но были сомнения, что, примени я огнестрел, со мной не случится то же, что и с Сандрино.

— Надо следы заметать, — предлагает Надана, но я остужаю ее рвение:

— Ветер засыплет их за минуту, не переживай. Идем дальше. Думаю, что возле логова гемодов нас вряд ли кто-то будет искать, подземелья там есть, а что еще кротам надо. Тем более, наблюдатели поняли, что мы в темноте и без света ориентируемся, и теперь посылают туда дронов с фонариками. Так что вам будет полегче.

Команда уже отошла от бойни, оплакала погибших. Я всю жизнь учился забывать, потому что во время облав гибли очень многие, и если тащить за собой боль о мертвых товарищах, можно свихнуться.

Мысли были о другом. Можно рискнуть малым и, как мы не раз обсуждали, вести партизанскую войну. А можно пойти ва-банк, но результат неизвестен. Зато если все выгорит, победа будет в кармане.

Я рискну. Мы с Вэрой уже пытались провернуть похожий план, карталонец должен понять, что к чему. А заодно и проверю, работает ли новая способность на людях, которые на расстоянии.

К месту добираемся усталые и потные. С холма долго наблюдаем за центральной крепостью. Хоть ворота и закрыты, и бьется на ветру флаг, делаем вывод, что она брошена, остальные, скорее всего, тоже. У врагов недостаточно ресурса, чтобы содержать все крепости.

— Место удобное, — одобряет мой выбор Лекс. — И крепость тебе, и, вон, развалины с подземными ходами. Надеюсь, вода под землей тоже есть. Да только тут можно месяцами прятаться.

Топаем к развалинам города, я гляжу на виднеющуюся вдалеке базу гемодов, наполняюсь решимостью с каждым шагом. Какое расстояние можно покрыть за две минуты? Километр — вряд ли, ведь придется преодолевать препятствия и замедляться, чтобы не наделать шума. Пятьсот метров — вполне.