Я зловеще улыбнулся, смачно плюнул на собственную ладонь и протянул руку гному, как это делают воины подгорцев. Зинас оказался не из робкого десятка — плюнул и на свою ладонь, после чего мы крепко пожали руки. Теперь мы не просто клиент и кузнец, а два товарища, имеющих общее дело.

По моей коже пробежал холодок, который неприятно сковал ладонь и всю руку, до самого локтя. Зинас все же был сильным шаманом — духи Гор неотрывно следили за ним и сейчас с готовностью засвидетельствовали своим присутствием наш договор.

«Влезаешь в долги теперь и перед духами?» — хихикнула на ухо Нильф.

От присутствия Третьей гном вздрогнул. И вправду сильный шаман.

— Так вот, каково оно… — протянул Зинас. — Не думал, что почувствую одного из Тройки.

И посмотрел на меня так долго-долго, будто бы хотел сказать что-то еще, или же спросить, но в последний момент передумал.

Из лавки мы с Лиан так и не ушли. Конечно же, в наш с мастером-кузнецом разговор она не встревала — робела перед наглым и склочным гномом — но потом, когда мы остались в небольшой задней комнатушке вдвоем, высказала мне все, что думает.

— Ты же обещал, что мы будем ковать! — взвилась девушка. — И я делала все, что ты говорил! Омовения, молитвы, подношения Нильф на алтаре! Все, чтобы сделать мою кровь чище и сильнее перед ковкой! А тут какой-то Пелоф!

— Не какой-то, а целый Пелоф, — осадил я эльфийку. — И не шуми, саблю мы выкуем, но в соседний город тоже надо съездить. Тем более, между ковкой и закалкой должно пройти минимум пара дней, пока мастер Зинас будет накладывать чары на еще мягкий металл. Вот в это время мы и съездим в Пелоф.

— К чему вообще такие сложности? — удивилась девушка, пытаясь хоть как-то устроиться на низкой гномьей табуретке так, чтобы колени не прижимались к ушам. — Про Мордока я все поняла, но твои планы вокруг Пелофа, зерна, купеческой гильдии и гарнизона… Ты же можешь просто взять город силой, и никто не будет тебе перечить. Да, первое время люд будет бубнеть, но за пару лет свыкнется и у тебя не будет никаких проблем. И гарнизон темных тут встанет.

Я посмотрел на эльфийку, которая все же устроилась на табуретке, обхватив собственные колени руками.

— Захват силой ничего не решает, Лиан, — начал я. — Точнее, это конечно проще и быстрее, но едва я уеду за пределы Мибензита, все начнет рушиться. А я хочу, чтобы этот город стал костью в горле для Мордока и его армии. Я могу выйти на рыночную площадь, призвать армию демонов и вырезать каждого, кто будет против моей власти, но чего я этим добьюсь? Друзей нельзя найти, распуская руки.

— Мне казалось, ты всегда предпочитаешь быть один и тебе плевать на людей, — ответила эльфийка. — К чему тогда теперь такие нежности?

— Скажи, что ты помнишь о Гирдоте? Как там к нам относятся? — задал я встречный вопрос.

Лиан задумалась.

— Ну, в Гирдоте тебя уважают, потому что знают, кто ты такой. И побаиваются. У тебя там едва ли не личные комнаты в трактире, местный бургомистр и глава купеческой гильдии у тебя на побегушках. Люди при виде тебя останавливаются и склоняют головы, будто бы ты местный король.

— В Гирдоте я ничего и никогда не брал силой, — ответил я. — Щедро платил за услуги, да и вообще платил по всем счетам. Не убивал, не унижал без причины. Временами защищал от разбойников. Меня боятся как темного мага, люди в нашем городе знают, кто я такой, а кто не знает — догадывается, у людской молвы длинный язык. Для Гирдота я как опасный горный дух, но я свой горный дух, знакомый и понятный. И если этого духа не гневить, то жить в его тени даже выгодно.

— И ты хочешь стать таким духом для Мибензита и местных? — спросила Лиан.

— Мне нужно им стать. На Гирдот ушли поколения, тут мне нужно справиться за полгода, год — максимум. А значит, надо показать, что я способен сотворить чудо. Причем речь не о магической силе, а именно о чуде, простом и бескорыстном, как в сказках святош Трех Орденов, — ответил я. — Поэтому я и делаю то, что делаю. Показываю, что лучше принять руку Повелителя Демонов, чем верить своим собственным купцам. И чтобы никто из них не присвоил себе мои заслуги, все приходится делать самому. Не будь местные замешаны в создание печати Харла, я бы просто договорился профинансировать гильдию на закупку провизии, что-нибудь бы придумали вместе. Но им веры нет, и я до сих пор не знаю, кто из них знал о существовании Владыки Харла.

— Значит, Пелоф? — кисло спросила Лиан.

— Пелоф, — кивнул я. — Если все пройдет хорошо, будем в пути уже ночью, я оставил записку Эрегору.

Лиан хотела сказать что-то еще, но тут в двери показалась голова Гинаса, и лавочник обрадовал нас новостями:

— Идемте! Отец зовет!

Эльфийка, дернувшись на голос гнома, едва не навернулась с табуреточки, я же, кряхтя, одним движением поднялся на ноги. Конечно, гномья мебель не дыба или пыточное колесо, но по комфорту где-то рядом с ними. После такой скрюченной позы хочется лечь на полу и вытянуть ноги.