Полюбовался Андрюхой, который в рамках борьбы с энтропией наотрез отказался подниматься с дивана в гостиной, так и уснул на нём, ленивец такой. И есть надежда, что не прирастёт к нему намертво на время отпуска. Проверил ванну — Ирка, которой много не надо, оккупировала санузел, заперлась и колюче огрызалась. Вроде — ела, впрочем, квартирный вычислитель, если бы что-то угрожало жизни, поднял бы тревогу. Ну и на мои копошения последовал сонный посыл далеко, приправленный колючими комментариями в адрес «утреннего стукачка».

В общем — у меня все дома, даже с перебором, решил я. И направился в учебку, раз уж время есть: в общаге у меня не слишком много барахла, но всё же есть. Да и с терминала комнаты копию стоило бы снять. Решил закрыть дела с учебкой: время есть, после присяги будет лютая пьянка, против чего я даже если бы хотел — не возражал. А потом — хрен знает что будет, но время может оказаться в дефиците. И мои угрозы «подтянуть до удовлетворительно» — совершенно не причём. Ребята, вообще-то, уже вышли на более менее средний уровень, сами с беготнёй и тренировками не особо это замечая. А вот вопросы организации, документов, перехода под командование — актуальны. И то что «отпуск» — он для отряда. А мне всем этим заниматься точно, чтобы к концу отпуска ребята без проблем заняли казарму и были готовы к службе.

Завалился в свою комнату, собрал сумку барахла…

…В пределах двух метров от носителя фиксируются потенциальные источники пакетного ультракороткого сигнала….

«Порадовал» меня нейрошунт этой надписью. Хотя в чём-то действительно порадовал, потому что, судя по «потенциальные источники» — он обладает обучаемым ПО. Ну, сынтерпретировал на основе первого жучка на мне и мониторит. И, в перспективе, возможно, выйдет как-то им управлять и пользоваться его функционалом (который однозначно шикарен) не по его «разумению», а своему хотению.

Но это была ложка мёда, в здоровенной бочке дёгтя. Перетряхивание бархала и пристрастный обыск вывили дюжину «жучков». Причём не только мелких звукоснималок: были чуть больше, с явными объективами. И пиратски подключённые к терминалу — нашёл две штуки, а могло быть больше. Да и всяких прочих жучил было больше, скорее всего, но на дюжине я озверел до невменяемости и чуть ли не истерики.

Но мерзких наблюдателей под рукой не было, да и я, даже теоретически, не представлял — кто это. ДИБИ напрашивались, но считать рабочий департамент Идигена ДИБИлами будет только заслуживающий этого прозвища тип. Так что то, что инфобезы знают о том, что я в общаге задержусь (ну, раз уж предположительно озаботились «шпионством» за моей персоной) — очевидный факт. И жучки, соответственно, не их, потому что иначе — совсем бред. Чьи — не ясно, но раздражение и злоба по мере обнаружения новых «подарочков» копились.

А Крюгер, успокаивающе блеявшая насчёт «нечего беспокоиться», была если и не виновата… То единственная, на кого я своё зло, причём не без причины, мог сорвать.

Так что собрал я жмень жучков, и чуть ли не галопом поскакал к полковнику. По дороге чуть не сшиб с ног какую-то медичку, извинился и пришёл в себя. Всё же, Крюгер говорила про несколько иное, да и не клялась и не давала гарантий. Но… и предупрежу, да и хоть как-то сброшу раздражение, решил я, вламываясь в кабинет.

— Приветствую, госпожа Крюгер, — молодцевато гаркнул я и прежде, чем полковник ответила, понизив голос, заговорщицки сообщил, цитируя её фразу: — У меня опять стряслось «чисто стечение обстоятельств», госпожа полковник. Это я обнаружил в своей комнате общежития учебки, — с этими словами я брякнул жучки на стол. — И не в первый раз. На этот я счёл нужным поставить вас в известность.

— Хм… — уставилась Крюгер на жучки, увеличила с камеры терминала, присвистнула — явно была в курсе, что это за оборудование. — В твоей комнате общежития, говоришь?

— Точно так, говорю.

— И не первый раз? — уже «по-командирски» уточнила она.

— Звуковой, на коммуникаторе, — в общих чертах описал я ситуацию.

— Почему не доложил?

— А что вы сделали бы, госпожа полковник? И уверенности, да даже подозрений в том, что жучок закреплён на территории учебки — не было.

— Так. А как поступил с первым жучком?

— Продал. Если за бесхозным высокотехнологичным имуществом кто-то явился бы… — начал я, но был прерван смехом Крюгер.

— Да, изящное решение, — отсмеявшись, сообщила она. — А сейчас?

— Взбесился, господин полковник. Да и ваши слова… впрочем, уже сейчас понимаю, что испытывал неконструктивные эмоции. И посчитал нужным доложить.

— И подкинуть мне головной боли.

— Точно так.

— Нахал, но обаятельный, — фыркнула полковник, после побарабанила пальцами по столу. — Это всё? — окинула она залежь на столе.

— Скорее всего — нет. Я проверил забираемые из общежития вещи, ну и профессиональной подготовки или оборудования не имею. Обнаружил один на лацкане парадного мундира, — несколько покривил душой я, — и проверил собираемое, ну и комнату заодно.

— Ясно, техники проверят. Это… а тоже продай. Твои слова зафиксированы, оборудование стандартизировано, не несёт отметок даже Идигена, — выдала она, на секунду ввергув меня в сомнения.

Правда, мимолётные: ну кому, блин, из городов-соседей нужен молодой и свежеиспечённый старший сержант Керг? У нас-то непонятно, кому и нахрена, но «у нас» всё-таки гораздо вероятнее.