Теперь, когда в клане появились дети, которые, как ни странно, родились и развивались чуть быстрее обычных людей, в замке была запрещена вечерняя трапеза с заманиванием туристов. Это было общее решение Аро и Маркуса. В тронном зале теперь было всего лишь два трона, и правители разделили между собой бразды правления поровну.

Стал ли Аро Вольтури мягче и человечнее, чем был прежде?! Конечно же стал, в глазах других он перестал быть чудовищем и монстром, но остался справедливым правителем, который так же хладнокровно, как и прежде мог наказать за нарушение многовековых правил клана. Но когда его подданные наблюдали, как он играет и резвится с детьми, перестраивая комнаты замка под игровые комнаты для его обожаемых малышей, все понимали - Аро Вольтури вновь обрел сердце. Каллены же стали желанными гостями замка, и прежней ненависти к ним больше никто не испытывал.

Дверь тихо отворилась, но Ренесми уже знала, что муж в комнате. Еще секунда и он опустился рядом с ней на постель, нежно кладя руку ей на живот.

– Почему я узнаю все последним, миссис Вольтури, - он осторожно задрал наверх легкую тунику и приложил ухо к еще совершенно плоскому животу.

– Он совсем кроха, пока вы его даже не услышите!
– рассмеялась Ренесми.

– А вы уверены, что в положении?!
– с опаской спросил Аро.

– Да, любимый. Я уверена. В прошлый раз все было точно также.

– Может быть их снова двое, - мечтательно произнес вампир.

– Ну уж нет, вы сами будете возиться с этим детским садом в таком случае, - она нахмурилась.

– Для этого детского сада у нас есть прекрасные няньки - Дидим и Маркус, они ведь любят Ренату и Ареса, как родных детей, думаю, что и это сокровище они станут любить и баловать ничуть не меньше, - Вольтури улыбнулся.

– Да, дорогой супруг, мы с вами абсолютно счастливые родители!
– Ренесми привлекла его к себе и, зарываясь руками в черных как ночь волосах, прижалась к губам Вольтури.

– Ренесми, а нам с вами еще можно?!
– его глаза тут же наполнились огнем желания, и он призывно провел по бедру супруги.

– Вполне, срок еще слишком мал, чтобы кого-нибудь потревожить, - переводя дыхание, шепотом ответила она, целуя мужа.

Не важно сколько тебе отведено - жизнь или целая вечность, если ты встретишь ту самую любовь, которая неотъемлемо станет твоей частью и продолжением. И даже самая темная душа обретет иной цвет, если ее искренне полюбит тот, кто способен вновь раскрасить ее всеми цветами радуги, заменив мглу внутри на светлый и безоблачный день.