Джеймс улыбнулся, но в этот момент рядом возникла тетя Сесили. Она вела за руку трехлетнего Алекса; пухлый мальчуган был одет в бархатный матросский костюмчик с шапочкой и белыми ленточками.

– Я вижу, сегодня среди нас присутствует маленький дебютант, – заметил Джеймс, глядя на надутого Александра. Нетрудно было догадаться, что матросский костюм ему не нравится; и Джеймс его прекрасно понимал.

Сесили с улыбкой подхватила Алекса на руки.

– Кстати, о дебютантах. Боюсь, что этого юношу, Блэкторна, которого твои родители, кажется, приняли в семью, уже пора спасать.

Тетя Сесили была права. Прибыли музыканты, и Уилл с Тессой покинули свой пост, чтобы показать им, где расположиться и расставить инструменты; в результате у входа в зал возникла некоторая неразбериха, и Розамунда Уэнтворт, воспользовавшись ситуацией, загнала Джесса в угол. Очевидно, их уже представили друг другу – по крайней мере, Джеймс на это надеялся, заметив, как уверенно она разговаривает. Когда он подошел ближе, бедняга бросил на него красноречивый взгляд из-за плеча девицы.

– Добрый вечер, Розамунда, – заговорил Джеймс. – Рад тебя видеть. Джереми, я хотел узнать, не интересует ли тебя партия в карты в комнате отдыха…

– Ой, только не надо сразу же нагонять скуку, Джеймс, – пропищала Розамунда. – Еще слишком рано для того, чтобы джентльмены уходили играть в карты. А я только что познакомилась с Джереми.

– Розамунда, он теперь будет жить в Лондоне. Ты обязательно увидишь его снова, – пообещал Джеймс. У Джесса было лицо человека, которого в последнюю минуту спасли с тонущего судна.

– Но ты только посмотри в его глаза. – И она мечтательно вздохнула. – От этого взгляда можно умереть! Разве он не похож на ангела небесного?

– К моему великому сожалению, да, – хмыкнул Джеймс. – Иногда, беседуя с ним, я боюсь ослепнуть.

Джесс бросил на него свирепый взгляд. Розамунда потянула нового знакомого за рукав.

– Я думала, здесь будут только наши обычные нудные старикашки, и вдруг такой приятный сюрприз! – щебетала она. – Вы сказали, что выросли… где, простите?

– После возвращения в Англию мои родители поселились в Бейзингстоке, – сообщил Джесс. – Я жил там до тех пор, пока не выяснилось, что я Сумеречный охотник. После этого я решил присоединиться к лондонскому Анклаву.

– Действительно, трагическая история, – заметил подошедший Мэтью.

– По-моему, ничего трагического, – возразила Розамунда.

– Провести лучшие годы жизни в Бейзингстоке – это уже трагедия, – настаивал Мэтью.

Джеймс усмехнулся. Они выбрали Бейзингсток именно потому, что городишко был скучный, там никогда ничего не происходило, и, соответственно, Джесс мог избежать ненужных вопросов о детстве.

– Розамунда, – сказал Мэтью, – Тоби тебя ищет по всему Институту.

Это была наглая ложь: Тоби, который успел раздобыть себе кружку сидра, изучал оригинальное рождественское дерево и болтал с Эсме и Евгенией. Розамунда надулась, окинула Мэтью подозрительным взглядом, но все же оставила их и направилась к своему жениху.

– Люди всегда так ведут себя в обществе? – поинтересовался Джесс, когда она удалилась на достаточное расстояние.

– Бесцеремонно обсуждают твою внешность и лезут в личную жизнь? – улыбнулся Джеймс. – По своему опыту могу сказать, что по крайней мере половина Анклава именно так и проводит время на светских сборищах.

– Но существуют и другие представители высшего общества: любезные, очаровательные и одетые по последней моде, – вмешался Мэтью, – хотя, должен признать, нас гораздо меньше.

Он поморщился и прикоснулся ко лбу, как будто испытал приступ головной боли; друзья озабоченно переглянулись.

– Итак, – начал Джеймс, стараясь говорить беззаботным тоном, – вопрос заключается в том, с кем ты хочешь познакомиться сначала: с приятными людьми, с неприятными людьми или с теми и другими по очереди?

– Неужели так необходимо знакомиться с неприятными людьми? – спросил Джесс.

– К сожалению, да, – ответил Мэтью. Он уже не держался за голову, но заметно побледнел. – Это нужно для того, чтобы ты смог изучить их повадки и не поддаваться на провокации.

Джесс не ответил; он смотрел на гостей. Нет, сообразил Джеймс, он смотрел на девушку, которая пробиралась к ним через толпу гостей – на Люси в светлом платье лавандового цвета. В этом наряде она была похожа на эльфийскую принцессу. Золотой медальон у нее на шее сиял, словно маяк. Она улыбнулась Джессу, и Мэтью с Джеймсом, переглянувшись, отошли.