– И что теперь будет?

– Перед тобой открывается будущее, дорогой Индриди, – сказала мама гнусаво. Ее новый нос был все еще под повязкой. Она заказала вырастить его специально к выпускному у сына, тем более что старый нос давно вышел из моды. Свежевыращенный нос должен был быть изящно вздернутым, с тонкими округлыми ноздрями. У мамы были светлые волосы, по летней моде, и карие глаза по случаю четверга. Индриди откашлялся.

– Да, но что будет со мной номер 3?

Папа и мама слегка улыбнулись и посмотрели друг на друга:

– Индриди, мы давно собирались тебе сказать, – начал папа.

– Вскоре после твоего рождения изменился закон, – продолжила мама. – Определение человеческой личности вернули к предыдущей формулировке.

– Больше нельзя перематывать людей, уже 16 лет как нельзя.

– А где тогда я номер 3?

Мама засмеялась, папа хлопнул себя по бедру.

– Его выбросили, когда правила изменились, и отдел возрождений в страховой компании закрыли! – сказала мама.

– Но он служил для тебя хорошим примером, – добавил папа.

– Поэтому нам порекомендовали не говорить тебе.

– Да, он задавал тебе планку и поэтому стал частью тебя. Как номер 1 был тебе предостережением, показывал твою темную сторону, чтобы ты не захотел превратиться в него, – так и номер 3 был идеалом, к которому нужно стремиться, даже если никогда его не достигнешь.

– Без него ты бы не вырос таким хорошим.

– Меня номер 3 просто выбросили?

Потрясенный Индриди недоверчиво смотрел на родителей, а они улыбались и продолжали месить тесто для многослойного миндального пирога.

– Не смотри на нас так. Ты бы не добился таких успехов, если бы не оглядывался постоянно на номера 3.

– Разве детям не повторяют без конца про Грилу или эльфа Спортакуса [10] , чтобы они исправились? – спросил папа и стал что-то искать на столе. – Дорогая, передай мне сахарную пудру.

Индриди распахнул дверь холодильника и вытащил цилиндрик зеленого льда в упаковке:

– А это тогда что? Это разве не я номер 3?

Папа расхохотался:

– Нет! Это мороженое, фруктовый лед.

– Эскимо «Брейк» [11] ! – провозгласила мама.

Мама и папа встали в центре кухни и завертелись в брейк-дансе; мир перед глазами Индриди тоже пошел кругом. Он никогда по-настоящему не ссорился с родителями. А теперь чувствовал, что впору орать и беситься, но он был так хорошо воспитан, что орать и беситься просто не умел. Он не был так устроен, и к тому же, если подумать, жизнь совершенно удалась. Впереди открывалось будущее. Родители продолжали танцевать брейк-данс, а с прошлым Индриди уже ничего не мог поделать. Он расхохотался и присоединился к ним.

– Мы просто пошутили, – сказала мама.

– Да, разыграли вы меня, – ответил Индриди, вертясь.

Ночью Индриди не спалось. Всю свою жизнь он так безоглядно боялся номера 3, что даже подростком никогда не возражал родителям. Много раз он среди ночи пробирался в кухню, чтобы растопить номера 3, но всегда в последний момент останавливался.

Впрочем, у него и не было причин вырасти трудным подростком. В семье все всегда ладили, его звали домой с прогулок не раньше ровесников, ему все давалось легко. Перед ним были открыты все пути. Но теперь в его голове завертелись все упущенные возможности. «Надо было пойти юнгой на корабль, надо было уплыть в Южную Америку с экспедицией LoveDeath, попробовать себя на море, драться с рыбаками в порту, надо было поцеловаться с Гунной взасос, когда она предложила, надо было подумать о будущем и окончить школу досрочно экстерном, но тогда, конечно, пришлось бы учиться летом, отложить Южную Америку и море и Гунну послать подальше…»

Индриди совсем запутался, возможностей было так много, что голова грозила лопнуть. Он подключился к службе «Печалька» и спросил:

– Что было бы, если бы я уплыл в Южную Америку с экспедицией LoveDeath, а не пошел бы в старшие классы?

Ответ пришел немедленно:

– Вы бы погибли.

– Хорошо, – сказал Индриди. У него как будто гора упала с плеч. – Я рад, что не ушел в дальнее плавание.

– Что-то еще?

– Нет, спасибо. Я рад. Хорошо, что я окончил старшую школу. Иначе я бы погиб.

«Печалька» давала людям возможность разобраться в своем прошлом и справиться с новыми обстоятельствами. Миром управляли строгие законы. Если отпустить камень с высоты пять метров, то можно рассчитать, с какой скоростью он упадет на землю; так же можно было рассчитать, что случилось бы, если бы в какой-то момент в прошлом 75 килограммов Индриди свернули направо, а не налево: как это движение сказалось бы на всем остальном мире, что вышло бы из этого, и так далее шаг за шагом. И «Печалька», которую создал Лавстар, могла это вычислить. Можно было позвонить в голосовую службу или отправить электронное письмо, и мгновенно приходил ответ с расчетами за весь мир. Как ни странно, «Печальке» было все равно, как часто ее спрашивают: «Что было бы, если…» Подавляющее большинство ответов было одного содержания: «Вы бы погибли».