Когда президент вошел в отель, все стали медленно расходиться. Санька протиснулся к боковой улочке, пытаясь отыскать в толпе своих, но никого не было. Он шел и удивлялся, сколько полиции пригнали на встречу президента. Внезапно дорогу ему преградили двое пожилых мужчин. Санька хотел обойти их, но один из мужчин стал что-то быстро говорить. Санька уловил только фразу: «Необходимо проехать в полицию». Говоривший назвал его фамилию.

Санька протестующе поднял руку и сказал:

— Я турист из Советского Союза.

Мужчина кивнул и снова стал быстро говорить.

«Кажется, это полицейские, — подумал Санька. — Чего им от меня надо?» Он достал паспорт и показал его, не выпуская из рук. Полицейский жестом попросил передать паспорт ему. Санька в нерешительности оглянулся. Улица была темная, пустынная. Тут только он заметил, что в нескольких шагах от них стоит большая черная машина с надписью «полиция». Он отдал паспорт. Второй мужчина достал из кармана фонарик и посветил на паспорт.

— Вам придется проехать с нами, — опять сказал полицейский.

Санька испугался. Он принялся было объяснять, что никуда не поедет, не зайдя предварительно в отель и не предупредив своих друзей, но полицейский отрицательно помотал головой.

— В чем дело? — повысил голос Санька. — Я никуда не поеду!

— Простые формальности… Это займет десять минут, — настаивал полицейский. Он помахал Санькиным паспортом и стал что-то говорить. Что, Санька не разобрал.

«В конце концов почему бы и не пойти в полицию? — решил Санька. — Они, видать, не отвяжутся. В случае чего, позвоню оттуда в отель».

Он развел руками и сказал:

— Пожалуйста.

Полицейский сделал знак машине, и она бесшумно подъехала.

«В машину…» — у Саньки вдруг все похолодело внутри, он хотел запротестовать, но открылась дверца, его легонько подтолкнули на сиденье, и машина пошла.

«Что все это значит? — думал Санька. — Провокация или просто недоразумение? И чем все это кончится?»

Машина подкатила к высокому дому, они вышли и, пройдя мимо меланхолично жевавшего резинку полицейского, очутились в большой комнате.

Саньку попросили сесть. Он сел, положив себе на колени фотоаппарат. Приехавшие с ним полицейские в штатском вышли, и Санька остался один на один с полным краснолицым человеком. Он сидел за большим столом, листал книгу и исподлобья поглядывал на Саньку.

Прошло пять минут, десять… Никто не появлялся. Санька забеспокоился.

— Скажите, долго мне придется ждать? — спросил он у краснолицего. Тот пожал плечами.

Санька посидел минут десять и снова обратился к нему:

— Произошло какое-то недоразумение…

Он хотел сказать еще: «Позовите начальство, или я сейчас уйду», но не смог подобрать нужных слов.

Полицейский непонимающе глядел на Саньку. Санька вскочил, подошел к столу и жестом попросил разрешения позвонить. Полицейский положил руку на телефон и кивнул головой на кресло.

— Мне нужно позвонить в отель, я советский гражданин…

Полицейский замотал головой.

Прошло не меньше часа, прежде чем появился один из тех, кто привез Саньку в полицию. Он был без шляпы, и Санька увидел, что голова у него совсем седая. Полицейский пригласил Саньку идти за ним. Они поднялись этажом выше, прошли через несколько пустых комнат и очутились в маленьком кабинете, увешанном картами и диаграммами. Над большим столом висел портрет Кеннеди. Санька не сразу заметил маленький круглый столик и двух сидевших за ним пожилых мужчин. Один из них, полный, белобрысый, с оттопыренными ушами, встал навстречу Саньке и протянул руку, назвавшись инспектором Диллардом. Другой пил кофе, не обращая на Саньку никакого внимания.

Диллард жестом отпустил седого детектива и, обращаясь к Саньке, что-то сказал. Второй мужчина, меланхолично пивший кофе, стал переводить:

— Инспектор приносит свои извинения за то, что заставил господина Антонова долго ждать…

Санька, обрадовавшись, что наконец-то может как следует объясниться, с надеждой посмотрел на него.

— Скажите господину инспектору, что я возмущен всем этим. Меня задержали и даже не разрешили позвонить в отель…

Инспектор закивал головой.

— В чем, собственно, дело? — продолжал Санька. — Паспорт у меня в порядке. Визы есть.

Переводчик перевел Санькины слова Дилларду. Инспектор криво улыбнулся и развел руками.

— Небольшая формальность, господин Антонов. Полиции стало известно, что сегодня днем, во время прогулки по реке Делавер, вы фотографировали объекты особой секретности…

— Я?.. — Санька задохнулся от возмущения. — Я вообще не снимал ничего. Хотя капитан и сказал, что это разрешено.

Санька вспомнил, как капитан предлагал фотографировать военные верфи… «Провокация, явная провокация. Хорошо, что никто не стал снимать».