Первые несколько минут даркан не мог отойти от шока, который он испытал, а потому не сразу заметил, что посреди поляны прямо на траве спит девушка в легкой белой рубашке до колена и венком из полевых цветов на голове.

Ему стоило неимоверных усилий взять себя в руки и вспомнить, зачем он тут. Даркан еще раз окинул все внимательным взглядом и, наконец, увидел ее.

Медленно, стараясь не разбудить и не вспугнуть девушку, он приблизился к ней и присел на корточки рядом.

Ее новая внешность чем-то отдаленно напоминала прежнюю — тот же невысокий рост, стройная, с длинными волнистыми волосами цвета Эрдасского ореха. Личико сердечком, чуть пухлые губы, которые сейчас были слегка приоткрыты, вздернутый носик. Тонкие пальчики даже во сне сжимали пучок трав со странными сиреневатыми цветами, источающими мягкий успокаивающий аромат. Сквозь тонкую ткань рубашки просвечивали ее округлости, привлекая взгляд мужчины.

Андрас чуть приподнял уголки губ в подобии улыбки. Его тело тут же отреагировало на этот вид — дыхание стало более глубоким, по венам пробежала раскаленная лава, кидая его в жар, глаза стали чернее ночи с фиолетовыми вкраплениями ярких искр, а штаны стали неимоверно узкими.

Даркан протянул руку и нежно прикоснулся к ее лицу, убирая непослушную прядку, что сейчас упала ей на лоб, а после, медленно очерчивая ее скулы кончиками пальцев, прошелся до самой ключицы.

Его разрывало сейчас от совершенно противоположных чувств: с одной стороны хотелось нагло разбудить ее и взять грубо с силой прямо здесь. Но с другой стороны на него накатывало дикое желание оберегать ее и заботиться о ней, дарить ей ласку, заставляя испытать ни с чем не сравнимое удовольствие. Никогда прежде ни одна женщина не вызывала в нем ничего подобного, служа лишь для удовлетворения его физиологических потребностей и не более того. Но с ней все не так, все по-другому. Ведь она — самый настоящий источник жизни. И не только для этого умирающего мира. Она стала источником жизни и для него.

Когда его рука достигла одного из холмиков груди, девушка вдруг сморщила свой носик, глубоко вздохнула и открыла глаза, уставившись на даркана испуганным оленьим взглядом.

— Ты?! — удивленно выдохнула она.

— Тшш — он приложил палец к ее теплым и нежным губам — это всего лишь сон.

— Сон? — недоверчиво переспросила она, но тут же завертела головой вокруг, и, заметив, что они сидят посреди зеленой солнечной поляны, выдохнула с облегчением — и что ты делаешь в моем сне?

— Любуюсь тобой — ответил он ей и улыбнулся. При этом его лицо потеряло то надменное и холодное выражение, что она видела раньше, а из глаз ушел обжигающе ледяной взгляд. Сейчас он выглядел как обычный парень.

— Нравлюсь? — она приподняла бровку домиком в вопросительно жесте.

— Очень — выдохнул он и качнулся ей навстречу, соприкасаясь своими губами с ее. Девушка от удивления не сопротивлялась, чем Андрас и воспользовался, усилив свой напор и углубив поцелуй. Его руки обхватили ее маленькое и легкое тело, усадив к себе на колени, и стали блуждать по нему, лаская сквозь тонкую ткань.

Когда даркан услышал тихий стон, сорвавшийся с ее губ, в груди радостно ухнуло сердце, наполнив душу чем-то совершенно иным, неизвестным ему доселе. Желание обладать этой девушкой пересилило все его разумные доводы, а дикое возбуждение и вовсе не оставило ему шанса на связные мысли, кроме одной — «МОЯ!»

Но вдруг она отшатнулась от него с испуганным выражением лица, растворяясь в серой мгле, что сейчас окутала его. Даркан пытался удержать ее, хватая руками лишь густой туман, но спустя пару мгновений его просто выбросило в реальность с бешено колотящимся сердцем.

Он все так же сидел в центре магического круга, тяжело дыша, с чуть подрагивающими руками. По виску скатилась капля пота.

Кто-то разорвал его наваждение и выбросил его обратно, не позволяя привязать душу девушки к нему.

Твою мать! Он совсем не подумал о том, что она находится на святой земле сейчас, его проекцию просто развеяло, не позволяя долго находиться там даже в такой нереальной форме!

На подгибающихся от слабости ногах он прошел в душ и, отринув все мысли, просто стоял под льющимися струями воды, смывая усталость. И хоть Андрас и думал, что сегодня точно не уснет, но магическое истощение взяло верх над телом, погрузив его в сон без сновидений.

Сегодня мать настоятельница весь день ходила, словно потерянная. Интересно, что у нее случилось? Спрашивать мы, естественно, не могли, но внутри меня сидело какое-то беспокойство, что ее состояние напрямую связано со мной.

Как словом, так и делом, вечером следующего дня меня вызвали к ней на ковер.

— Проходи — кивнула она мне.

— Ты знаешь, кто такой Андрас Соррано?

Я испуганно уставилась на нее, замерев, но все же кивнув головой в ответ.

— Так вот. Вчера он был здесь. Догадываешься зачем?

— Он меня нашел…

— У нас есть неделя, чтобы придумать, как спрятать тебя. Он вернется уже через шесть дней за тобой.

— Спасибо вам за помощь — я покачала головой, тяжело вздохнув — но думаю, вам не удастся спрятать меня от него. Он все равно меня найдет.

— Найдет — подтвердила мои слова настоятельница — обязательно найдет. Ведь это ты пробудила его душу.

— Что? Ничего я не делала!

— Тихо! Сиди и слушай! — прервала она меня — когда мир только начал умирать, триединые боги оставили для нас пророчество, что мир будет спасен, когда придет чистая и светлая душа и принесет жизнь с собой, когда каменное сердце оживет и будет биться вновь. Но если темный принесет ей лишь боль — спасения не будет никому — весь мир потонет в пучине, исчезнет во тьме и растворится в реке бытия. Так вот, эта душа — это ты. А темный — даркан с ожившим вдруг сердцем. Вы — словно две стороны одной медали — тьма и свет, день и ночь. И если он навредит тебе, а так и будет, я в этом уверена, то его тьма проглотит весь мир и все мы погибнем. Но если мы спрячем тебя — у нас будет шанс на выживание. Или хотя бы отсрочка.