После уплаты всех налогов он, разумеется, получит меньше пятидесяти тысяч. Но пока что они работают в обход любых агентств, поэтому хотя бы не нужно отсчитывать половину еще и им. Это уже дает Минсоку возможность пусть и не улучшить свой образ жизни значительно, но хотя бы он может заниматься танцами. Снова. В нормальной студии, а не повторяя движения из видео.

Контракт подписывали в сентябре. Дан не ездил на неделю моды в Лондоне, поэтому у него получался недельный перерыв между Нью-Йорком и Миланом. И за всю неделю Дан появлялся в агентстве КАС два раза, по вечерам. В остальное время мотался по встречам с Сонхи и адвокатом, оформлял все документы с Минсоком, снимали видео на две недели… ну и еще он разок сходил на уроки вокала с Джинхо.

Поэтому, в целом, когда он еще через две недели прилетел из Парижа в Сеул, в агентстве КАС им были не слишком-то довольны. В отношении ТикТок аккаунта они ничего говорить не стали, а вот его постоянное отсутствие стало важной темой. Сначала недовольство передали через менеджера Ким, который поинтересовался, сколько времени Дан планирует проводить в агентстве. Он резонно заметил, что пропускает лишь утренние индивидуальные тренировки, по вечерам и субботам он старается быть на месте.

Но это не успокоило руководство и дальше все только усложнилось.

Через неделю после приезда из Парижа Дан познакомил Минсока с Джинхо, они вместе с воскресенье ходили поесть. Это получилось практически спонтанно: Джинхо в переписке случайно оговорился, что ему часто не с кем сходить поесть в рестораны с острой корейской кухней. А Дан с Минсоком как раз недавно выяснили (точнее Дан вспомнил, а Минсок – узнал), что они оба любят острое.

Эти двое одногодки, Джинхо старше Минсока совсем ненамного. А еще Джинхо, хоть и выглядел как ребенок богатых и интеллигентных родителей, на деле оказался родом из таких же трущоб, где сейчас живет Минсок. Да, в данный момент финансовое положение Джинхо в сотни раз лучше, но детство парня плотно связанно с этими узким улочками, вечной сыростью и холодом. Это словно протянуло между парнями ощущение общности.

Во время этого ужина они узнали еще некоторые общие и неожиданные черты. Все трое занимались тхэквондо. Минсок бросил в десять лет, когда решил больше заниматься танцами. Дан занимался с детства, но он не боец, а скорее… боевой танцор, потому что нормально в спаррингах практически не участвовал. Джинхо же не просто имеет четвертый дан, но вдобавок долгое время изучает кунгфу. Еще из общего – любовь к рок-балладам. А из совсем необычного – они все собакам предпочитают кошек.

Просидели в том ресторанчике они несколько часов, потом пошли в следующий, Минсок с Джинхо выпили немного соджу, потом немного напоили Дана, пошли в караоке, а после него ели уличную еду в палатке… провели традиционный такой корейский вечер: здесь встреча с друзьями считается тем лучше, чем больше мест вы обошли.

Но из-за этого в понедельник утром Дан в агентство пришел в не самом хорошем самочувствии. Алкоголя-то было немного, но он объелся разными вкусностями, да еще и мало спал, что вовсе не делало его настроение лучше.

Парней было меньше обычного. Дэгон еще восстанавливается после операции – придет только на следующей неделе, хотя основные отеки уже спали. Сунан по понедельникам с утра занимался с частным преподавателем вокала. А Джим и Вик отсутствовали по невыясненным причинам. Сначала невыясненным.

Дан, хоть и чувствовал себя неважно, отрабатывал то, чему его учил Минсок – движения брейкданса. Не то, чтобы умение крутить все эти пугающие вещи было его мечтой, но попробовать хотелось. Только желудок после вчерашнего не лучшим образом реагировал на кружения, поэтому очень скоро Дан отполз к стеночке, садясь рядом с Инсоном.

Они даже не разговаривали. Дан восстанавливал нормальное состояние – его не то, чтобы тошнило, но тяжесть в желудке раздражала. Инсон смотрел какой-то ролик, вставив в ухо один наушник. Сынхван чуть в стороне отрабатывал движения одного из базовых танцев. Музыка играла едва слышно, скрип обуви по паркету почти полностью ее заглушал и это успокаивало. Дану даже начало казаться, что он вот-вот заснет.

И тут очень громко вошел в зал Вик. Он так резко открыл дверь, что она бухнула о стену. Вбежавший следом Джим осторожно закрыл ее.

– Что случилось? – удивился Дан.

– Ничего, – буркнул Вик.

Но сам был так зол, что за несколько секунд дошел до дивана, сел на него, но тут же вскочил и раздраженно прошелся в другую часть зала.

– Я могу тебе не нравиться, но нам гипотетически в одной группе играть роль друзей на все времена, – невозмутимо сказал Дан, – Так что было бы неплохо, если бы о крупных проблемах мы узнавали заранее.

Вик был из тех людей, кто обычно скрывает злость. Не просто злится осторожно, чтобы никого не прибить, а гасит ее в себе. Но иногда его прорывает и тогда он ведет себя как тот лев в клетке – нервно ходит, сопит и порыкивает на тех, кто ему мешается. При этом не выплескивая агрессию на причину этого состояния. И Дан знает, что помочь ему можно только тем, чтобы он высказался.

– Это ведь связано с группой? – спросил Инсон, но обращался скорее к Джиму.

Джим сейчас казался более адекватным. Он не был зол, скорее – растерян. Он криво усмехнулся и ответил: