Шрифт:
– Она просто пытается помочь, – кричу я, недовольная едким тоном моей матери в адрес Мюриэль. – И это моя свадьба, мама! А не твоя!
Но она почти не слушает, слишком погруженная в свои переживания.
– Да какая разница! У тебя не будет гостей. Кто вообще сможет приехать сюда? Это настоящее безумие! – Она смотрит сначала на Саймона, потом на Астрид. – Я ведь верно говорю? Наши единственные дети спрячутся ото всех, чтобы устроить какое-то захолустное празднование в деревне?
Астрид пожимает плечами.
– Я всегда предпочитала простые и скромные мероприятия. И это гораздо практичнее с финансовой точки зрения. Так ведь, Бьерн?
– А? – Он отрывается от книги и смотрит на жену. – Я буду жареную. По-моему, они называют это «солнечной стороной вверх»?
– Так держать, – бросает Джона и качает головой. – Она тебе не официантка, чтобы интересоваться твоим гребаным заказом на яичницу.
Бьерн хмурится, глядя сначала на Джону, а затем – на жену.
– Ну и рот у твоего сына, Астрид. Если бы Карл или Ивар так со мной разговаривали… – Его слова обрываются, как будто ему и не нужно заканчивать предложение.
– Ты бы что, Бьерн? – спрашивает Джона, и в его холодных голубых глазах появляется дразнящий блеск. – Что бы ты сделал, а? Что-нибудь, что потребовало бы от тебя оторвать твою ленивую задницу от стула?
Бьерн что-то говорит по-норвежски. После бросает свой роман на приставной столик, едва не задев только что принесенную полную чашку кофе, и довольно быстро встает лицом к лицу с Джоной.
– Я шесть лет был действующим чемпионом по армрестлингу, ты, напыщенный маленький говнюк! – Он задирает рукава рубашки, демонстрируя внушительные мускулы.
– Мне нравится заботиться о своем муже, Джона! А теперь, вы оба, прекратите это! – взрывается Астрид, вскидывая руки вверх в жесте «довольно».
Ее рука случайно задевает краешек кружки с кофе. Та опрокидывается и падает на пол, напиток разливается, а фарфор разбивается вдребезги.
В это же время моя мама бросает очки для чтения на стопку журналов.
– Саймон, ты не мог бы образумить нашу дочь? Ты единственный, кого она, кажется, слушает.
Ага, она вытащила карту «наша дочь».
Саймон хмурит брови, и я понимаю, что он тщательно подбирает слова, прежде чем решиться произнести их вслух, потому что, когда она так эмоциональна, с моей матерью невозможно договориться.
Мюриэль подходит ближе ко мне, наблюдая из коридора за развернувшейся бурей.
– Кажется, я разворошила осиное гнездо, да?
– Да правда ли? – бросаю я и хватаю варежки с ключами, а потом выбегаю за дверь.
Глава 7
На этот раз, когда подъезжаю к домику Роя, он выходит из сарая сам, плотно закрывая за собой дверь.
Останавливаюсь, чтобы почесать Оскара за ухом и погладить Гаса. На самом деле мне просто нужно время, чтобы набраться храбрости, которую не смогла обнаружить в себе по дороге сюда, слишком поглощенная нарастающим страхом, что в этот раз в наших отношениях с Роем я действительно зашла слишком далеко.
– Что тебе нужно? – спрашивает он в своей типичной ворчливой манере, сложив руки на груди.
Он одет в свою обычную одежду: выцветшую со временем темно-зеленую стеганую куртку и поношенные джинсы, покрытые древесными опилками. Не думаю, что их вообще когда-нибудь стирали. У Роя нет ни стиральной машины, ни сушилки, а те вещи, которые я видела на бельевой веревке или вешалке, были постираны вручную.
Вести светскую беседу нет никакого смысла, да и Рой в этом не особо заинтересован.
– Мама Джоны использовала все куриные яйца без предупреждения, а Саймон как раз готовит завтрак. Надеялась, что смогу раздобыть у тебя полдюжины.
И уже была готова услышать в свой адрес, что он мне не чертов продуктовый магазин и чтобы я убиралась с его участка и из его жизни раз и навсегда.
– Там полная коробка, – машет рукой Рой в сторону своего дома, давая понять, чтобы я сходила за ними сама.
– О, ладно. Я только… – Поспешно направляюсь к входной двери, пока он не успел передумать.
– Удалось выручить денег за ту корзину на аукционе? – кричит он вслед, заставляя меня замереть на месте.
– Да. – Я колеблюсь. – Кто-то сказал бы, что даже слишком много. Ну, знаешь, у нее ведь неисправная ручка.