Второй по старшинству, Джим, как и Том, отличался спокойствием и сдержанностью. Он любил вести заумные и не очень беседы и в любое обсуждение мог вставить свою краткую, но меткую мысль. Чтобы Джим позвонил Делии ночью, да ещё и трезвый? Он не пил алкоголь, и не начал бы вдруг.

Она с опаской открыла их групповой чат с парнями и Лукасом. Тишина. Тогда девушка написала Джиму лично.

Доброе утро! Надеюсь, за ночь не случилось ничего страшного, и ты всего-то хотел пожелать спокойной ночи.

Ответ пришёл незамедлительно:

Привет. У Мэтта сел телефон, он звонил тебе с моего. Спроси у него, я без понятия, чего он хотел.

Как интересно. Делия задала пару дежурных вопросов типа как повеселились, всё ли прошло хорошо, поблагодарила парня и отложила телефон. Ей хотелось морально подготовиться к разговору, который, она была уверена, был связан с Кейти. Только почему его решил завести именно Мэтт?

Делии всегда казалось, что подобные интриги и хитросплетения судьбы закончатся после университета. Ей казалось, что во взрослой жизни всё будет ясно и прямолинейно, как и подобало взрослым людям. К сожалению, вскоре она поняла ошибочность своих заключений и столкнулась с суровой реальностью – взрослая жизнь была тем ещё дерьмом.

В университете она только приближалась к этой мысли и не знала всех подводных камней. Они выплывали постепенно, камушек за камушком, и одним из немногих булыжников для неё с подругами был Артур Галлоувей. Делия невольно вспомнила беззаботные дни студенчества, когда они только, как тогда казалось, наладили общение с ним.

Они поспешили назвать его другом в самом начале. Они – Делия и Мэри, потому что Пенелопа сразу сказала, что не будет считать его таковым, а Тиффани… Тиффани общалась с ним дольше их троих.

Пенелопа была права – друзья не поступали так, как вёл себя Артур. Он то смеялся и шутил с ними, ещё хуже них над людьми. Да он издевался над ними, только делал это, в отличие от девушек, за спиной. А то молчал и игнорировал подруг, меряя их презрительным взглядом и смотря как на убогих.

Во время ссор – на деле являющихся безобидными шутками или шуточными перепалками – он мог не разговаривать с Мэри, Пенелопой и Тиффани целую неделю. Вместе с этим и тяжёлым взглядом из-под ресниц он, однако, всюду за ними следовал и портил веселье своим недовольным лицом. Странное поведение, не так ли? Зачем, если ты в обиде, гулять и ходить с друзьями в кафе? Почему бы не поделиться тем, что беспокоит тебя, как и поступают настоящие друзья? После долгих обсуждений персоны Артура девочки сошлись на том, что это была эдакая манипуляция, чтобы сконцентрировать внимание только на себе. Догадка подтверждалась – едва подруги начинали игнорировать Галлоувея в ответ, он сразу бросал депрессивное состояние и снова шутил как ни в чём не бывало. Не странно ли?

Однажды подругам надоело его такое поведение, и Мэри, Тиффани и Пенелопа позвали Артура на серьёзный разговор. Делия не принимала в нём участия, она вообще мало общалась с парнем, – большая часть занятий у них всех не совпадала.

Та самая суббота – так они окрестили позже тот день. День, когда они должны были поговорить и выяснить отношения, но вместо этого Артур их отчитывал.

Пенелопа призналась, что могла быть груба в то время, и не только по отношению к нему, – такой уж был у неё период, и она раскрыла его печальные причины. Но даже тот факт, что у неё умер дедушка, никак не подействовал на Артура в дальнейшем. Вместо того, чтобы поделиться с ними, он предъявлял им обвинения: ты пошутила надо мной так, ты сказала то, а ты – подняла это на смех другим студентам. До этого он жалобно рассказал, что над ним потешаются все, какой он бедный и несчастный. Подруги едва держались, чтобы не рассмеяться ему в лицо.

Апогеем стала фраза, ставшая у девочек шуткой на века. Как-то на одном занятии Тиффани, Пенелопе и Мэри было скучно, они были в приподнятом настроении и захотели передать его как всегда хмурому Артуру. И безобидный способ, каким они это сделали, Артур им и припомнил в ту самую субботу. Плача и заикаясь, он проскулил:

– Кто, – всхлип, – из вас… кинул в меня… колпачок?!

Встреча завершилась ничем. Они стали общаться лучше, на какое-то время распри прекратились, но на этом странности Галлоувея не закончились.

А колпачок от ручки, кстати, кинула в него Пенелопа.

…Делия вспоминала это со смехом и некоторой ностальгией. Однако у неё не возникало ни малейшего желания узнать, как складывалась жизнь у Артура сейчас. Оно и к лучшему, она и так любила покопаться в прошлом.

С Мэттом они встретились на следующий день, после очередной репетиции. Сидя где-то в коридоре, между гримёрной и павильоном, а не в комнате отдыха, Делия оформляла бронь в гостинице в Денвере. Проверяя форму, она поняла, что погрузилась в воспоминания настолько, что неправильно заполнила свою фамилию. Молодец, Нельсон, продолжай витать в облаках. Она всегда тщательно заполняла важные документы, особенно там, где было много цифр. Всегда… если иногда не случались оплошности.

– У тебя тут опечатка.

Девушка чертыхнулась и чуть не выронила айпад из рук. Спокойный, забавно взлохмаченный после репетиции Том оперся спиной о стену позади Делии и вытянул голову, всматриваясь в экран.

– Напугал! – возмущённо вскрикнула она. – Не мешай, тогда я буду внимательна.

– Не переживай, – посмеялся Том. – Я тебя не сдам.

Не сдаст он, конечно. Очень язвительный ответ чуть не сорвался с языка Делии, но она поджала губы и демонстративно исправила опечатку. Затем отправила форму и приступила к следующей, за Джима.