Эдвард со стоном рухнул на стул и обхватил голову руками.

— Ты что? — испугалась Чармин.

— Господи! Ведь если бы не мисс Марпл… Представляешь себе картинку? Мы с тобой, как и подобает любящим родственникам, предаем огню личные письма дядюшки!

— А вот старым шутникам такая картинка почему-то и в голову не приходит, заметила мисс Марпл. — Помню, дядюшка Генри решил подарить своей любимой племяннице на Рождество пять фунтов. И что же он сделал? Вложил пятифунтовую бумажку в открытку, заклеил края, да еще и написал на обороте: «С сердечными поздравлениями и наилучшими пожеланиями. Боюсь, это все, что у меня для тебя нашлось в этом году». Бедняжка, разумеется, страшно обиделась и тут же выбросила открытку в камин. Так что пришлось дядюшке дарить ей еще пять фунтов.

Вероятно, именно этот поступок дядюшки Генри и позволил молодым людям в корне пересмотреть свое к нему отношение.

— Знаете что, мисс Марпл? — задумчиво протянул Эдвард. — Схожу-ка я за шампанским… Большой грех не выпить за такого человека!

— Черт побери! — сказала Пат.

Все больше хмурясь, она с ожесточением перетряхивала содержимое шелкового мешочка, который именовала «театральной сумочкой». За ней с беспокойством наблюдали двое молодых людей и девушка, тоже стоявшие на лестничной площадке перед запертой дверью квартиры Патриции Гарнет.

— Бесполезно, — наконец сказала Пат. — Его нет. Что же нам теперь делать?

— Где же ты, моя отмычечка?.. — пробормотал Джимми Фолкнер, широкоплечий невысокий крепыш, с добрыми голубыми глазами.

Пат сердито обернулась к нему:

— Оставь свои шуточки, Джимми, мне совсем не до смеха.

— Взгляни-ка еще разок, Пат, — предложил Донован Бейли. — Ключ, возможно, где-то на дне.

У него была приятная, с этакой небрежной ленцой, манера говорить, что, впрочем, очень шло этому изысканно-сухощавому смуглому юноше.

— А ты точно брала его с собой? — спросила Милдред Хоуп.

— Конечно брала, — ответила Пат. — И по-моему, отдала кому-то из вас. — И она испытующе посмотрела на молодых людей. — Да-да, я попросила Донована положить его к себе.

Но свалить все на Донована ей не удалось: тот решительно отверг ее обвинение, а Джимми его поддержал.

— Я сам видел, как ты положила ключ в сумку, — сказал он.

— Ну, значит, кто-то из вас выронил его, когда поднимал мою сумку. Ведь я раза два роняла ее.

— Раза два! — ласково передразнил ее Донован. — Да раз десять, и к тому же везде и всюду ее забывала.

— Удивляюсь, как только ты не растеряла все свое барахло! — усмехнулся Джимми.

— Но как же нам все-таки попасть в квартиру? — спросила Милдред.

Будучи девушкой рассудительной, она всегда говорила по существу, но увы! — была далеко не так привлекательна, как взбалмошная Пат, которая вечно попадала в какие-нибудь истории.

Некоторое время все четверо молча взирали на запертую дверь.

— А привратник не может помочь? — спросил Джимми. — Нет ли у него что-нибудь вроде универсального ключа или еще какой-нибудь подходящей штуковины?

Пат покачала головой. Ключа было всего два. Один висел у нее на кухне, другой был — вернее должен был быть — в злосчастной сумке.

— Вот если бы квартира была на первом этаже… — мечтательно протянула Пат. — Можно было бы выдавить стекло и влезть… Ты не согласился бы стать домушником, а, Донован?

Донован вежливо, но твердо отказался.

— Квартира на пятом этаже — дохлый номер, — заметил Джимми.

— А как насчет пожарной лестницы? — спросил Донован.

— Нет такой, — сказала Пат.

— Должна быть, — сказал Джимми. — В шестиэтажных домах должна быть пожарная лестница.

— Мало ли что должна, а вот нету, — ответила Пат. — О Боже! Как же мне попасть в собственную квартиру?

— А нет ли здесь — ну как его? — на чем лавочники доставляют в квартиру отбивные и брюссельскую капусту? — спросил Донован.

— Подъемник для продуктов? — подхватила Пат. — У нас это всего лишь проволочная корзина. Постойте, знаю!

Можно воспользоваться угольным лифтом.

— Вот. Это мысль, — сказал Донован.

— А если дверца лифта в квартиру Пат закрыта изнутри на задвижку? скептически заметила Милдред.

Но ее опасения тут же были отвергнуты.

— Только не у Пат, — сказал Джимми. — Пат никогда ничего не запирает.

— Нет, думаю, что не закрыта, — согласилась Пат. — Сегодня утром я выставляла ящик с мусором и помню, что дверцу не запирала. А потом я к ней вообще больше не подходила.

— Так, — произнес Донован, — будем считать, что нам повезло. Тем не менее, дорогая Пат, я позволю себе заметить, что подобная небрежность недопустима. Как-нибудь дождешься, что к тебе залезут воры.