— Прекрасно помню, — отозвался Пуаро. — Думаю, любой другой на моем месте тоже бы не забыл.

— Настоящий чертенок! — взорвался вдруг Барлинг. — Заморочила голову всем мужчинам на двадцать миль в округе. Рано или поздно она доиграется, и кто-нибудь прибьет ее за эти штучки.

Он вытащил платок и утер лоб, совершенно не замечая изучающего взгляда своего собеседника.

— И эта юная леди…

— Приемная дочь Личэма Роше. Собственных детей у них не было — страшное разочарование. Тогда они удочерили Диану — она приходилась им то ли племянницей, то ли еще кем. Хьюберт души в ней не чаял, только что не молился на нее.

— И, надо полагать, мысль о ее замужестве пришлась бы ему совсем не по вкусу? — предположил Пуаро.

— Отчего же? При условии, что брак был бы удачным.

— То есть, мосье, с вами? Барлинг вздрогнул и покраснел.

— Я не говорил ничего подобного…

— Mais, non, mais, non! [6] Ничего подобного вы не говорили. Но ведь думали, не так ли?

— Да, я люблю ее. Личэм Роше знал это и одобрял. Это соответствовало его планам на ее будущее.

— А планам мадемуазель?

— Я же сказал, что это дьявол во плоти.

— Понимаю. Мадемуазель обожает развлекаться за чужой счет, не так ли? Но капитан Маршалл, он-то здесь при чем?

— Ну, их часто видели вместе. Пошли разговоры. Хотя, сомневаюсь, чтобы там было что-то серьезное. Очередной скальп в ее коллекцию, и только.

Пуаро кивнул.

— Но, если все же допустить наличие чего-то серьезного, это может объяснить, почему мистер Личэм Роше действовал осторожно.

— Да поймите же вы наконец, что нет ни малейших оснований подозревать капитана Маршалла в растрате!

— Oh, parfaitement, parfaitement! [7] Возможно, дело всего-навсего в чеке, подделанном кем-то из домашних. Вот, к примеру, юный Дэйлхаус… Он, собственно, кто?

— Племянник.

— И, соответственно, наследник?

— Он сын сестры. Разумеется, он может взять его имя — других Личэмов Роше не осталось.

— Понятно.

— Собственно говоря, здесь ограничений не существует, до сих пор имение переходило к старшему сыну только потому, что таковой был. В данном же случае мне всегда представлялось, что Личэм Роше оставит жене право на пожизненное владение имением с последующей передачей его Дианге. Это, конечно, если он одобрит ее замужество. Тогда ее муж мог бы взять фамилию.

— Понимаю, — кивнул Пуаро. — Что ж, мосье, вы были очень добры и сильно помогли мне. Могу ли я просить вас еще об одном одолжении? Объясните миссис Личэм Роше все, что я рассказал вам, и узнайте, не может ли она уделить мне минутку?

Вскоре — и скорее, чем это представлялось Пуаро возможным, — открылась дверь, и появившаяся миссис Личэм Роше проплыла к креслу.

— Барлинг все объяснил мне, — сказала она. — Разумеется, скандал недопустим. И все же, я думаю, это судьба. Ведь правда? Зеркало и вообще…

— Comment — зеркало?

— Я сразу это заметила. Разбитое зеркало… Мертвый Хьюберт… Между ними была мистическая связь. Разумеется, это проклятие. Полагаю, почти в каждом древнем роду есть свое проклятие. Хьюберт всегда был таким странным… А последнее время даже более, чем обычно.

— Простите мне подобный вопрос, мадам, но нет ли у вас каких-либо денежных затруднений?

— Затруднений? Как-то не задумывалась об этом.

— Знаете, мадам, говорят, тому, кто не задумывается о деньгах, их нужно особенно много.

Он позволил себе деликатный смешок, оставшийся без ответа. Взгляд миссис Личэм Роше блуждал где-то очень далеко.

— Что ж, благодарю вас, мадам, — поспешно завершил Пуаро беседу.

Потом он позвонил, и через минуту явился Дигби.

— Попрошу вас ответить на несколько вопросов, — сказал Пуаро. — Я частный детектив. Ваш хозяин нанял меня еще при жизни.

— Детектив! — выдохнул дворецкий. — Но зачем?

— Потрудитесь отвечать на мои вопросы. Расскажите о выстреле.

Дигби рассказал.

— Итак, в тот момент в холле вас было четверо? — переспросил Пуаро.

— Да, сэр. Мистер Дэйлхаус, мисс Эшби и мистер Кин.

— А где были остальные?

— Остальные, сэр?

— Ну да: миссис Личэм Роше, мисс Кливз и мистер Барлинг.

— Миссис Личэм Роше и мистер Барлинг спустились позже, сэр.

— А мисс Кливз?

— Мне думается, сэр, мисс Кливз находилась в гостиной.

Пуаро задал еще несколько вопросов и отпустил дворецкого с напутствием пригласить мисс Кливз.

Та явилась незамедлительно, и Пуаро смог рассмотреть ее уже в свете откровений мистера Барлинга. В белом атласном платье с приколотой к плечу розой она была решительно прекрасна.