— Отправимся прямо сейчас, — с готовностью ответил я, не дело оставлять в живых, настолько могущественных врагов.

— Сегодня, несомненно, но сперва следует призвать нашего союзника, чтобы вручить его долю, дабы он мог и своих соратников на подвиги ратные провести.

Пелит, по всей видимости, говорит о Марке Туллии, промелькнула у меня мысль, помнится — тот говорил о трёх десятках верных триариев, коих мог переносить в торбе работорговца.

Подозвав обратно четырех рабов, которые беспрекословно запихали пленного, что-то возмущённо оравшего, назад в торбу, Пелит на несколько десятков секунд замер с остекленевшим взглядом.

— Я сообщил нашему повелителю об случившейся коллизии. Он в скором времени призовёт нас с Марком Тулием в свой домен, где вручу легату его долю добычи, и как только вместе с отрядом будет готов, мы вернемся.

Все это Пелит сообщил, пока мы практически бегом возвращались за торбами, что хранились вместе с остальными артефактами.

После этого, коротко кивнув, Пелит растворился в воздухе.

А я, оставшись в одиночестве, решил выучить трофейный навык, мало ли где пригодится, эта странная Криптография. Добравшись до комнаты и достав карту, я не раздеваясь, откинулся на кровать. Уже привычным усилием воли наполнил карту энергией. Доступные очки уменьшились на десятку:

Доступные очки системы (109/220).

— Надо бы приобрести у Зевса навык, что сможет полностью меня скрыть, а то отвод глаз все же не так хорош, как хотелось бы, — сказал я в пустоту, соглашаясь на изучение навыка.

Внимание! Вы желаете выучить навык «Криптография»?

Да/Нет

В очередной раз меня накрыл длинный ворох новых знаний, из которых я узнал, что обычный посох можно использовать для сокрытия смысла написанного. В моей голове возникло видение, как я наматываю пергаментную ленту на посох без просветов и нахлёстов.

Вывожу стилусом послание вдоль посоха, аккуратно нанося лишь одну букву на каждую полосу. Медленно поворачивая посох каждый раз, когда послание доходило до края. И как только послание завершилось, при разматывании ленты стройный текст превратился в непонятную белиберду. (Скития)

В следующем воспоминании, я уже наматываю другую пергаментную ленту с тарабарщиной на конус, стараясь подобрать нужный диаметр посоха.

Новый «всплеск» воспоминания — сижу за столом и сверяясь с расчерченным квадратом заменял символы эллинского письма на буквы что шли сбоку и сверху превращая каждую из них две другие (Квадрат Пилибия)

А вот я почти без перехода сижу уже за другим столом и перебираю в уме различные слова, буквы которых повторяются с той же очередностью, что и сдвоенные буквы. И постепенно слово за словом, тарабарщина преобразуется в понятный текст, в котором зашифрованные слова можно прочитать не только используя шифр, а по контексту.

И очередная смена «обстановки» — мои руки старательно просовывают верёвочку в отверстия на диске, возле которых нацарапаны буквы, и если выдергивать нить, то послание буквой за буквой сможет предстать вновь, хоть и в обратном порядке. (Диск Энэя)

В другой раз верёвочка и странная дощечка у меня в руках с прорезями на обоих краях отмеченными всё теми же уже привычными буквами, при каждом проходе через прорезь я повязываю узелок и так раз, за разом. (Линейка Энэя)

И новая порция информации о том, как можно имея такое узелковое послание, рассчитать размер дощечки и расстояние между прорезями и уже после этого получить непонятное послание, которое ещё только предстоит расшифровать, подобно «квадрату Полибия», да и то при условии, что до этого не ошибся в расчетах.

От накативших непривычных знаний уже начала побаловать голова, а они все не прекратились.

Я узнал ещё несколько способов сокрытия того что написано, но все они сводились либо к замене одних букв другими, разнилась только сложность набора и последующей дешифровки.

Постепенно меня покинули странные видения, что даровал мне навык.

— Бред какой-то, жопой чую, зря я потратил десяток Священных Очков, — сокрушаясь, произнес я.

— Не все навыки одинаково полезны, — нужно запомнить, промелькнула мысль. А ещё лучше записать и зашифровать, я разразился смехом.

Бегло взглянув в интерфейс, я осознал, что прошло только в лучшем случае десяток минут — ну хоть времени много не потратил.

Пока Пелит с подкреплением не вернулся, решил взглянуть на то оружие, о котором говорил жрец: мол всё странное сложено отдельно — вот и проверю.