— Привет, — здоровается он. — Работаешь допоздна?

— Ага. — Бек пытается проскользнуть мимо него.

С той ночи прошло уже две недели, и они не говорили о ней. После близости они, часто дыша, сели на диване. Это был их лучший секс, что заставило Бек понять, насколько неудовлетворительными были их отношения. Том, наоборот, пресыщенно вздохнул, что вызвало у нее отвращение. Он, со своим вечным самодовольством, полагает, будто может сидеть тут сколько хочет. Бек нашла его штаны и бросила ему со словами:

— Завтра утром у меня много дел.

Он в изумлении поймал брюки и стал подбирать нужные слова:

— Бек, я…

— Спасибо, что заглянул.

Том смущенно кивнул и стал одеваться. Он, вероятно, считал, что ее раздирают противоречия из-за случившегося, поскольку она еще влюблена в него. Обычно это ее раздражало, но, когда Том выскочил из квартиры, она обнаружила, что ей все равно, что он думает.

— Сочувствую тебе, — говорит Том, преграждая ей дорогу к лифту. — Стив мудак.

Он имеет в виду нового сотрудника, который подставил ее.

— Стив юрист, — передразнивает она Тома, и тот преувеличенно смеется. Напряжение становится почти осязаемым. Они в офисе одни, и Бек опасается, как бы он не бросился целоваться.

— Не хочешь выпить? — предлагает он.

— Мне надо домой. Я устала.

Он не освобождает дорогу, и Бек начинает раздражаться.

— Извещения от суда не было?

Бек отрицательно качает головой.

— Готовься, — произносит Том, неловко стискивает ее плечо и направляется в свой кабинет.

В автобусе Бек проигрывает их короткий диалог, довольная своим безразличным поведением. Она не притворялась, ее чувства действительно перегорели. Выходя на своей остановке и шагая к дому, она думает о Кристиане, блондине из Немецкого общества. Удивительно, но он не позвонил, хотя у него, казалось, были такие явные намерения. С другой стороны, она тоже ему не звонила.

На крыльце трое неряшливых мужчин в шортах и футболке обсуждают питчеров «Филлис». Бек уже собирается напомнить им, что это частная территория, как вдруг они встают и интересуются, не она ли Ребекка Миллер.

Не успевает она ответить, как на нее обрушивается град вопросов.

— Мисс Миллер, расскажите о бриллианте, который вы нашли среди вещей бабушки.

— Вы знаете, как ваша бабушка приобрела бриллиант «Флорентиец»?

— Ваша бабушка воровка?

— Мисс Миллер, что вы чувствуете по поводу того, что ваша бабушка — один из самых неуловимых похитителей драгоценностей в мире?

Бек протискивается мимо них и бросается в дом, проверяя электронный ящик. Думает она только о трех типах на крыльце и о том, что они назвали Хелен воровкой. Это их работа — задавать подобные вопросы, и она не винит их. Но Хелен не была воровкой. Может, она и получила бриллиант нелегальным путем, но точно не крала его.

Тут Бек замечает среди конвертов официальное письмо. Уведомление. Вероятно, так репортеры и пронюхали о бриллианте, поскольку сообщение о начале судебного процесса публикуется также в Интернете. Бек открывает конверт и вынимает листок бумаги.

Вместе с копией заявления об изъятии в конверте лежит копия уведомления о начале судебного процесса. Рассмотрение дела о гражданской конфискации: «Соединенные Штаты Америки против желтого бриллианта массой 137,27 карата, известного как алмаз „Флорентиец“». Подробности документа удивляют Бек. Она ожидала прочитать о наследии Медичи, о принадлежности камня итальянскому правительству. Вместо этого уведомление упоминает сокровища австрийской короны и то, что бриллиант — предмет национального достояния Австрии, незаконно перевезенный в Соединенные Штаты. А это значит, что Австрия, а не Италия инициировала его реституцию. Бек проклинает Эшли и ее чертову подругу Джорджину, которая поступила совсем не по-дружески. Если бы сестра проявляла такую же скрытность в отношении бриллианта, как в отношении глупостей своего мужа, камень бы не отобрали.

Не то чтобы ФБР изъяло алмаз. Он так и лежит в ячейке Федералистского банка, арестованный условно. Когда Том звонил своему знакомому в Министерстве юстиции, то убедил департамент обязать банк поменять замок в ячейке и оставить бриллиант в хранилище. Вообще-то опека третьей стороны — идея неудачная, поскольку обычно посредник завладевает деньгами и скрывается, но это один из самых надежных банков в Америке. К тому же вряд ли Служба маршалов США захочет прибрать к рукам знаменитый бриллиант.