Все естество Юти требовало, чтобы девочка уклонилась от раззявленной пасти. Однако Одаренная осталась на месте, с замиранием сердца рассматривая, как иллюзия проносится мимо. Подобно гигантскому призраку, проходящему через человека.

А после длинная стрела пробила Юти насквозь правое предплечье. Девочке хватило мгновение, чтобы понять — ей повезло, кость не задета. А если учесть, что поддайся Одаренная страху, так Одноглазый попал бы ей прямехонько в грудь, размен выходил просто отменный.

Боль обожгла Одаренную, но короткой вспышкой, которую сама же девочка довольно быстро погасила. Юти не охватила злость или желание поскорее добраться до Одноглазого, чтобы отомстить ему. Она перекатилась в сторону, не обращая уже никакого внимания на иллюзию, а после перекинула меч в здоровую руку, ухмыльнувшись самой себе, что теперь шансы у атакующих выжить поднялись, но совсем ненамного.

Впрочем, когда мечи зазвенели, высекая искры посреди падающих волшебных звезд, когда раздались первые крики и галька вкусила кровь, стало ясно, что искусство боя северян уступает Юти, даже если она сражается левой рукой.

Мрачной тенью, значительно опережая словно находившихся под водой противников, Одаренная плясала среди врагов свой скорбный и вместе с тем завораживающий танец. Созданные в тщетной попытке достать неприятеля Лезвия пробили грудь того самого Адворта. Заморозка, способная превратить воина в кусок льда, заставила одного из северян лишь упасть, схватившись за ногу. По всей видимости, у него онемела конечность.

Нельзя сказать, что обитатели пещеры не защищались. Они ценили собственную жизнь и не собирались отдать ее просто так. Но их бестолковые заклинания лишь снижали их же боеспособность. Тогда как Юти без всяких сожалений и раздумий шла через рассыпанную колонну некогда нападавших, а теперь защищавшихся. И смерть стала верной подругой Юти, гибель ныне жила на кончике ее меча.

Легкий сумрачный туман на секунду сгустился перед девочкой, но тут же развеялся, когда клинок вкусил крови последнего из сиел на ее пути. Юти перекатилась, вскочив на ноги и готовая пуститься бежать к Одноглазому, но замерла, ибо возле трупа лучника уже стоял Ерикан.

Одаренная лишь обернулась и увидела свой путь, пройденный через защитников пещеры. Путь воина, не знающего пощады.

— Сколько смертей в такую хорошую ночь, — вздохнул Ерикан, прикрыв изумленные глаза одному из мертвецов.

— Это было неминуемо.

— Любую человеческую гибель можно избежать, — возразил учитель.

— Это было неминуемо, если наша цель состояла в освобождении Фромвика, — уточнила Юти.

— А вот это уже более похоже на правду. Смотрю, тебе пришлось трудно.

— Вовсе нет, — возразила девочка. — Они слабые воины. Не достойные дара Аншары.

— Ты уже решаешь, кто достоин благодетельства богини, а кто нет? — лукаво улыбнулся учитель. — К тому же, если эти воины такие слабые, то почему у тебя из руки торчит стрела?

— Случайность, — помрачнела уязвленная Юти.

— Запомни, ничего в жизни не происходит случайно. Из всего нужно извлекать урок. Положи руку рядом с этим камнем. Надо вытащить твою случайность.

Ерикан примерился, после чего без размаха, но сильно ударил топором по древку стрелы, сломав ее.Затем отбросил оперенье, взялся за наконечник и вытащил стрелу из руки девочки. Из раны тут же заструилась горячая кровь.

— Не смотри на меня так, перевязывать не буду.

Юти кивнула, сжав пальцы левой руки в кулак и кольцо Регенерации засветилось в темноте. Багровый ручеек соскользнул с предплечья, закапал на камни, но вскоре иссяк, а рана медленно затянулась.

— Вставай, нужно найти ярла и посмотреть, в каком он состоянии, — сказал Ерикан. — Надеюсь, что Фромвик женат, иначе мы можем хлебнуть горя.

— Это еще почему? — удивилась Юти. — Вообще-то мы спасли ему жизнь.

— В этом и проблема. В Землях, если воительница спасает жизнь мужчине, то он, как честный человек, должен на ней жениться. Потому раньше многие женщины, отчаявшиеся найти супруга, уходили в дружины.

— За что они так с женщинами? — не на шутку испугалась Юти. — Это ужасно несправедливо.

— Север, — пожал плечами наставник, улыбаясь одними лишь глазами.

— Учитель, давай тогда скажем, что это ты всех убил и спас ярла? Мне думается, на твою честь Фромвик точно не покусится.

В ответ Ерикан только громко рассмеялся.

Глава 4

Ярл Фромвик, сын Лендрика, прозванный Крепкоруким, оказался красавцем, каких стоит поискать. Он значительно выделялся статью среди прочих воинов собственной дружины. Его светлые прямые волосы водопадом струились по плечам, словно тот только что помыл их, а не находился почти сутки в плену. Разве что немного портил внешний вид ярла расплывающийся синяк под левым глазом, но и он не мог скрыть подлинного очарования мужчины.