Алена спокойно заявила следователю, что они будут подавать заявление на Порошину о клевете и обвинении в преступлении. На немой вопрос Никиты ответила:

— Такое оставлять без наказания нельзя. Простите сейчас, потом она пойдет дальше и уже не известно, что надумает, а Вы будете еще год мыкаться по следствию и прокуратуре. Представьте, что она для того, чтобы Вам отомстить позволила кому-то пару раз дать себе по морде, а что будет потом, не известно.

Никита смотрел на Алену и ему нравилось то, что он видел — красивая, умная, спокойная, уверенная в себе девушка. Она и вправду оказалась хорошим адвокатом. Также понравилось, как сначала следователь встретил ее в штыки, а потом рассыпался комплиментами, когда она спокойно раскатала все доводы Виктории под ноль.

— Я перед Вами в долгу, — сказал Никита, когда они вышли из суда.

— Постарайтесь выбирать девушек правильно, а то опять в очередную передрягу попадете, — ответила она.

Никита снова с удивлением смотрел на девушку, которая не кокетничала с ним, не предлагала себя, не намекала на продолжение отношений, а была естественна и открыта.

Прошел почти год, как Алена работала по договору с кампанией «Адмирал». Ее тетушка полгода назад уехала в Москву, где ей предложили очень интересный проект по дизайну загородного клуба. Недавно Ирина позвонила и сказала, что директор фирмы Давид Магирович предложил ей выйти за него замуж, но она отказала, сделала встречное предложение пожить какое-то время вместе, узнать друг друга ближе. И сейчас они жили в небольшом домике на территории этого загородного клуба. Ирина звала Алену к себе в гости или перебраться на совсем.

— Аленка, у Давида в Москве квартира стоит без присмотра. Приехала бы и жила.

— А Вы?

— А нам и здесь замечательно! Воздух такой, что можно ложками есть! Природа, красота! Ни за что в город не вернусь.

— Про детей он в курсе?

— В курсе. Сказал, что все понимает и любит меня любой. И рад, что у меня есть ты, тоже зовет тебя перебраться к нам.

***

Алене приходилось довольно часто встречаться с Никитой. Каждый раз перед тем, как идти к нему, она проводила сеанс аутотренинга, успокаивала себя, чтобы не выдать себя с головой. Она замечала, как он пристально смотрит на нее, хмурит брови, как-будто силится что-то вспомнить. «Интересно, узнает меня или нет?» — каждый раз она задавала себе вопрос. И сама же отвечала себе, что он не узнает ее. Она сама себя не узнавала, как сильно она изменилась, из пышки превратилась в стройную девушку. Лицо тоже потеряло свою округлость. Кроме этого в школе она носила длинные волосы, которые заплетала в косу, а сейчас у нее стрижка каре, которое меняло ее лицо до неузнаваемости. Да и косметикой она научилась пользоваться.

Она уже научилась спокойно встречалась с Никитой, ровно общалась на совещаниях, хотя ее сердце каждый раз ускоряло свой бег. И каждый раз она по-долгу приходила в себя в своем кабинете.

***

Алена перезнакомилась почти со всеми сотрудниками фирмы, со многими сложились хорошие приятельские отношения. Иногда она кому-нибудь оказывала юридическую помощь. Свою основную деятельность в адвокатском кабинете она также не оставляла. Из-за этого у нее с Никитой произошел небольшой конфликт.

Она участвовала в одном гражданском деле, где ее участие в суде было обязательно. Во время заседания она отключала свой телефон. Когда заседание закончилось, она включила телефон и увидела множество пропущенных звонков от Адмиралова и Солнцева. Она набрала номер последнего:

— Игорь Фокич, что случилось? Что за пожар?

— Ты сейчас где? Можешь подойти срочно?

— Могу, через полчаса буду. А что там? Я могу включить гарнитуру, пока еду, Вы мне расскажите причину такого шума.

— Пришли документы от наших «заклятых» партнеров из Китая. Надо срочно их изучить и оценить с юридической точки зрения. Наши финансисты уже там все посчитали, транспортники тоже дали свои рекомендации. Остался только юридический вопрос. Они ответ ждут завтра утром.

Когда она вошла в кабинет к Игорю Фокичу, следом за ней влетел злющий Никита Юрьевич:

— Вы где ходите? Почему мы должны разыскивать Вас со всеми собаками?

— Прошу прощения, Никита Юрьевич, — повернулась она, окатывая его холодным взглядом. — Прошу сбавьте тон. Я не Ваш сотрудник. Я только оказываю Вам услуги юридического характера, свое тело и душу я Вам не продавала. Если Вам что-то не нравиться, я могу и расторгнуть договор в одностороннем порядке и будете работать со своей Аллой Олеговной. — Она говорила ему твердым решительным тоном, была готова тыкать ему пальцем в грудь, чтобы он почувствовал всю серьезность ситуации. — У меня, кроме вас есть еще обязательства, которые я выполняю. А теперь потрудитесь успокоиться и сказать, что Вы конкретно от меня хотите. Хотя Игорь Фокич мне уже объяснил суть.

Услышав отповедь от этой девчонки, Никита даже немного ошалел. Ему еще никто и никогда не смел возразить. А тут она стояла перед ним с гордо поднятой головой, глядя ему прямо в глаза.

— Хорошо, — только и смог ответить ей. — Игорь Фокич все объяснит.

Он развернулся и вышел. Солнцев с интересом наблюдал за происходящим и улыбался:

— Молодец, Алена. Я думаю, он на долго запомнит, что на тебя не стоит кричать. Я впервые вижу, что кто-то смог поставить его на место.

***

Утром следующего дня Алена принесла Игорю Фокичу докладную записку.

— Ален, пойдем с тобой на ковер к Никите. Он сам хочет ознакомиться, поговорить с тобой.

Снова они прошли мимо Ланы, которая в этот раз была одета в такие облегающие брюки, что они не давали простора для фантазии. Просвечивающая кофточка тоже не добавляла загадочности. Она снова с презрением осмотрела Алену, которая сегодня тоже была в брючном костюме цвета морской волны, но он смотрелся на ней так элегантно, что встречные мужчины оглядывать ей вслед.