– Соня в доме? – уточняю, потому как вполне вероятно, что подруга в такую погоду может отмокать в бассейне на заднем дворе.

– Угу.

По тенистой придомовой дорожке устремляюсь к террасе: здесь у тети Агаты цветник, для которого многие растения подогнала я, но ухаживает за ним мой крёстный дядя Леон.

Тяну на себя тяжелую дверь и вхожу, втягивая в себя прохладный кондиционированный воздух. Внешне дом Игнатовых кажется небольшим, но внутри в нем очень просторно, ведь пространство использовано с умом. Агата приложила к его созданию свою творческую руку.

В доме тихо.

Сегодня пятница, и крёстный, уверена, на работе, и тетя Агата тоже. Она очень востребованный в городе визажист, и практически каждая пятнично-субботняя невеста накрашена Агатой. У близнецов летние каникулы, и Пашка, наверное, рубится сейчас в приставку или качает свои бицухи, а Дианка в Москве. Она приедет к девичнику, потому что сейчас у нее напряженный график съемок в модельном агентстве, в котором Ди работает второй год. Именно по этой причине мы не отгуляли холостые дни Сони раньше. Мы все ждем Диану. И хоть организацией как свидетельница должна заниматься я, но наше мероприятие от начала и до конца спланировала Ди, потому что с ролью эвент-устроителя она справляется лучше всех. Я достаточно скромна в этом.

Сбрасываю сандалии и, прихватив подол длинного сарафана, взбегаю по лестнице.

Дверь в комнату Сони приоткрыта, и я слышу голос подруги.

Осторожно просовываю голову в проем и вижу, как, стоя у окна, София болтает по телефону.

Вхожу на носочках, но от подруги не укрывается мое присутствие, и она резко оборачивается.

– … представляешь, даже родителей не предупредил! – негодует Сонька. – Да я сама в шоке, прикинь, каково будет им! – Заметив меня, она задумчиво показывает указательный палец, давая понять, чтобы я обождала минуту. Киваю и подхожу к её рабочему столу, собираясь выложить из сумки браслеты и заколку-цветок. – Ладно, Богдаш, ко мне Филька пришла. – Закатываю глаза. Это прозвище тянется из детства из-за созвучия с моей фамилией – Филатова. – Перезвоню. Целую.

– Привет! – улыбаюсь подруге и киваю на выложенные в ряд браслеты. – Все готовы!

– Круто! – растерянно отвечает Софи, мимолетно скользнув по украшениям. – Привет!

– Что-то случилось? – хмурюсь и очерчиваю круг напряженного лица Сони.

– Да в общем-то нет… – сомневаясь, протягивает подруга. – Стёпа приехал, – безрадостно сообщает она.

Смотрю на нее и поражаюсь. Она так это говорит, будто приехал не ее родной брат-двойняшка, а седьмой родственник на киселе, с которым не общались лет десять.

– Как?! – вырывается из меня изумленный глупый вопрос.

Стёпа должен был приехать ровно ко дню свадьбы сестры. Но одновременно с удивлением у меня внутри взрываются бомбочки радости. Мы со Степкой не виделись… шесть лет! Целых шесть лет, а она мне так прискорбно об этом сообщает?

– Вот так, никому ничего не сказав. Сорок минут назад, – растерянно оповещает Сонька.

Да что с ней такое?!

Это же крутое событие!

– И где он сейчас? – Мое сердце нетерпеливо подпрыгивает вместе со мной.

– У себя в комнате.

Не раздумывая срываюсь с места.

Малыш Стёпыч приехал!

В груди клокочет от волнения.

Мы не виделись шесть лет!

Шесть лет!

– Ты куда? – слышу в спину. – Юля, постой! Юль! – кричит подруга, но я уже сломя голову несусь на противоположный конец второго этажа, туда, где находится комната Степки.

Я чуть ли ни с ноги вышибаю разделяющую нас с другом дверь, но на пороге меня пригвождает к полу.

Останавливаюсь как вкопанная, боясь даже выдохнуть скопившийся в легких воздух. Я не могу этого сделать, потому что смотрю на … голые крепкие мужские ягодицы.

Мои глаза непроизвольно жадно их ощупывают и будто бы чувствуют, какие они упругие и натренированные.

С трудом оторвавшись от заднего места Степки, я скольжу взглядом вверх. Цепляюсь за ровные параллельные ямочки на пояснице, а затем долго-долго двигаюсь по рельефной спине и, кажется, бесконечному позвоночнику. И когда я добредаю примерно до лопаток, это чудо мужской природы медленно оборачивается, позволяя мне узнать в этом небоскребе малыша Стёпу Игнатова.

Натужно сглатываю, когда наши глаза встречаются, и мои… мои находятся ниже его. Это впервые, когда я смотрю на мужчину снизу вверх, и он не мой отец!

Его рука падает, и я, опомнившись, опускаю глаза, замечая зажатое в пальцах влажное полотенце, а потом … потом я перевожу внимание левее, где примерно на уровне кисти, но ниже пупка, приветственно дергается его…

– Ахаф, ани тсарих миабэш сиар! ** – Хрипловатый женский голос выдергивает меня от созерцания мужских кингсайз-прелестей и переключает на стоящую в дверях смежной ванной комнаты девушку.

Жгучая, черноволосая… она завёрнута в белое полотенце и смотрит на меня с таким же изумлением, как и я на неё.