Теперь из портала уже появлялись люди. Один за другим они буквально выпрыгивали из лужи, да так ловко, что казалось, что их с той стороны кто-то активно выпихивает. Некоторые вылетали из чернильного пятна с диким воплем, скрестив на груди руки и зажмурив глаза. Как с горки в аквапарке. Вот на уступе башни уже становится тесно. От людей от вещей, от света ручных фонариков дробящих кромешную тьму. Из ущелья по узкой сыпучей тропе к стене башни поднимаются не меньше десятка крепких мужиков.

— Держаться рядом! Не разбредаться! — командовал тот парень, что прибыл первым, — закрепитесь на одной точке и старайтесь не создавать давки. Здесь очень опасная осыпь, а внизу острые скалы, так что постарайтесь без давки.

Среди прибывающих были дети, женщины. Я видел, как мальчишка лет десяти захлебываясь безмолвным плачем, прижался к матери стараясь не оборачиваться к темному порталу, через который только что пролетел в этот новый мир.

Это были уже не туристы, и не искатели приключений. Это были беженцы. Нелегальные мигранты. Я не знаю, почему вдруг решил, что знаю, кто эти люди и что здесь делают, но ни каких других логических объяснений не приходило на ум.

Гомон и возня на крохотном пятачке возле портала стояли такие, что я смог немного подтянуться и устроиться удобней, найдя опору для ног. Наташка только шикнула на меня, вывернув голову взглянула в видоискатель камеры и поправив резкость опять притаилась. Все происходящее сейчас в этом странном месте она не переставала снимать на камеру, прикрыв рукой предательские огоньки возле переключателей.

Подоспели люди, поднявшиеся по сигналу из ущелья. Их было человек семь. В темноте я не мог быть уверен в точности подсчета. Выстроившись короткой шеренгой, они растянули длинную веревку и стали поочередно пристегивать к уже заготовленным карабинам всех вновь прибывших.

— Фонариками светить только себе под ноги, — скомандовал кто-то из подоспевших проводников. — Смотрите куда наступаете. Если вдруг сорветесь — не дергайтесь, вы в одной связке, мы вытащим. Не бегите и не натягивайте страховочный трос. Следите, чтобы веревка все время провисала. Не разбирайте где чьи рюкзаки, берите первый попавшийся. Внизу в первом лагере разберетесь.

Я лишь отметил для себя что ребята, громко выкрикивающие команды и правила построения казались мне довольно опытными и подготовленными. Они не допускали паники, не торопились, не суетились, и по нескольку раз проверили крепление страховки каждого прибывшего. Часть рюкзаков и ящиков они взвалили на себя, и это несмотря на то, что им предстояло еще спускать вниз по склону тридцать возбужденных и перепуганных людей.

— Кореец! В этот раз группа совсем хилая. Может, подождем до рассвета? — предложил кто-то из проводников.

— Околеем здесь до рассвета! Надо рискнуть, лучше бросить вещи, потом за ними поднимемся.

Тот проводник, что прошел в портал первым, долго смотрел вслед уходящей группе присев у черных камней на самом краю уступа. Ответственный среди встречающих, похоже, тот самый Кореец, стоял рядом с ним, так же терпеливо дожидаясь пока они смогут остаться наедине.

— Как там дома, Седой.

— У нас заявок на несколько месяцев вперед. Поставщики сильно ломят цены, так что вы тут не расслабляйтесь — повышайте добычу!

— Если и дальше так будет продолжаться, я сам вернусь на Землю и устрою там зачистку. Мы и так переплачиваем в десятки раз больше.

Седой поднялся в полный рост, внимательно осмотрелся по сторонам и почти зашептал:

— Кореец, ты вообще понимаешь, чем мы рискуем!? Если нас подловят, то расстреляют на месте. Каждый раз, ведя группу этих беглецов и тупорылых зомби, я свою башку подставляю! А вы тут отсиживаетесь на теплой лужайке, с бухлом да бабами.

— Хочешь поменяться?! А Седой?! Может ты будешь присматривать за кучерявыми барашками, пока они собирают алмазы, а я стану таскать тебе новое «мясо» и ломить втридорога за простые вещи!

— Ты пасть-то не разевай, упырь косоглазый! Думаешь я не знаю какой курорт вы себе здесь устроили.

— Ну все. Хватит. — сбавил напор Кореец, вытаскивая из сумки плотно набитый мешочек. — Вот плата за этих барашков. Здесь четыреста грамм, но отборные. Вот список того, что нам понадобится в ближайшее время. И будьте пожестче с отбором. Берите только молодых. Бабки и старики нам здесь без надобности, мы тут пенсионный фонд организовывать не собираемся.

— Да ладно тебе прибедняться, вали уже! — буркнул Седой, прикидывая в руке вес холщового мешочка.

Кореец вынул сигарету, прикурил, и включив фонарик пошарил под ногами в поисках тропинки.

— Увидимся через неделю. Шефу привет передавай.

Я тихо протянул свободную руку к поясу и отстегнул Наташин карабин. Она поняла, что надо перехватиться и тут же уцепилась за камень и прижалась к земле.

Седой наблюдал за тем, как Кореец ловко спускается по тропинке, волоча на себе пару тяжелых рюкзаков.