— Не суть. Вы установили местонахождение Мудищевых?

— Да, следим, не арестовываем, как вы и просили, — мужчина поспешно закивал как болванчик. — Они купили билеты до Омска и в данный момент находятся в пути.

— Хорошо, вы свободны.

— Это… ну… вроде как мой кабинет… — неуверенно промямлил Леонид Ильич.

— Свободны! — тон голоса человека в сером не терпел возражений.

— Да-да… — начальник областного отдела опричнины поспешно поднялся и выскочил за дверь.

В помещении снов воцарилась тишина.

— Что думаешь, Иван, это может быть «оно»?

— Сложно сказать, — задумчиво ответил второй, молчавший до этого человек. — Даже если это какой-то запредельный по силе дух, как определили спутники, то это всё равно не объясняет исчезновение тел оперативников.

— Согласен, — кивнул третий. — Но не стоит забывать о том, что вспышка была разовой. Если парень действительно призвал нечто, мы бы засекли повторный призыв. Сомневаюсь, что у него хватило бы сил держать подобный контракт активным всю дорогу.

— Вполне вероятно. Пока понаблюдаем и выясним, с чем столкнулись. Степан, особо внимательно следи за европейской инквизицией — они полезут сто процентов и не факт, что только с разведкой. Вероятно вторжение — отношения у нас и так натянутые после раздела Польши. На всякий случай готовимся к визиту ведьм. Поставь тяжей на боевое дежурство вокруг города. Разрешаю использовать все доступные ресурсы.

— Принял, — Степан коротко кивнул.

— Иван, тебе карт-бланш на наблюдение. Все спутники над регионом в твоём распоряжении и возьми под контроль все телекоммуникации, чтобы ни один разговор или сообщение не прошли мимо тебя. Штат набирай на своё усмотрение.

— Сделаю, — Иван тоже кивнул.

Пиликнул телефон. Мужчина мельком глянул на экран и кивнул:

— Бюджет согласован без ограничений. Пора выяснить, что это за неведомая херня вылезла у нас дома.

Я чихнул.

— Будь здоров! — хором отреагировала женская часть пассажиров автобуса, на котором мы ехали уже пару часов, и синхронно облизнула губки.

Мужская же часть, особенно та, которая была мужьями или отцами, медленно наливалась злобой и явно готовилась выкинуть в окно объект внезапного интереса своих жён и дочерей.

— А эта-то чего?! — шёпотом прошипела Алёна, кладя руку мне на бедро и скользя выше, — Ей же лет восемьдесят!

— Любви все возрасты покорны, — отстраненно ответил я, чувствуя поднимающееся раздражение, — от пубертата до климакса.

Почему Мира не учитывает мой контроль над духом при анализе текущего соотношения сил? Может дело в том, что просто недостаточно данных для сбора статистики и мне нужно убить ещё десяток местных шаманов? Или нужно поделиться знанием о правильном призыве с местными, чтобы выборка для сравнения сил стала шире? Есть, конечно, ещё вариант пользоваться заёмной силой духов как это делают аборигены, но лучше уж члена лишиться, чем дать этой мерзости возможность присосаться к душе.

— Мира, жаба ты древняя, почему нельзя просто отменить эту проклятую способность? — проворчал я вполголоса. — Я уже давно не прыщавый дрочила, на кой хер оно мне?! Или ты так мстишь, за тот раз?

У МЕНЯ НЕТ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЭМОЦИЙ, А ЗНАЧИТ, НЕТ ОСНОВАНИЙ ДЛЯ МЕСТИ!

Ого! Обычно из неё просто так слова не вытянешь, а тут прямо целое предложение. Неужто реально обиделась? Так всё было почти по обоюдному согласию…

Короче, можно прибивать на лоб табличку «Отношение с Мирозданием: всё сложно».

— Ты ж, кстати, сама мне её и впарила! Не поверю, что отменить не можешь — скорее не хочешь. Видимо опять пакость задумала.

Я НЕ БУДУ ЭТО ОБСУЖДАТЬ!

— Да, да, охотно верю, — я усмехнулся.

— Что за способность? — с любопытством прошептала пигалица, пытаясь плотнее прижаться ко мне грудью. Получалось не очень.

— Если кратенько, то она перегружает эндокринную систему самок, вызывая избыточную выработку эстрогена, прогестерона, окситоцина и вазопрессина. Щедро сдабривает это параноидальным психозом гиперопеки и искажением базовых поведенческих паттернов.

— … — она выпучила глаза и сбилась с дыхания. Да она даже тереться об меня перестала! Правда, всего на пару секунд, после чего выдавила из себя хриплое: — Чё?

— Для кареглазых блондинок поясняю: все бабы хотят меня трахнуть в меру фантазии и защитить от опасности, напрочь забыв про инстинкт самосохранения, — ответил я и рассмеялся. Потом добавил: — Чем дольше я в поле зрения, тем дольше длится и сам эффект — примерно один к одному. Сила зависит от расстояния, но если прикоснусь, то сразу вызову максимальную привязанность. Есть и ещё кое-что, правда тебе этого знать не следует.