– Я не «что»! Я «кто»! Бунт внутри меня не гас, и я продолжала сопротивляться, во мне разгоралось пламя, оно было слабым, беспомощным, но все же горело.

– Я не буду подчиняться. Меня станут искать! Моя подруга…мои соседи…мои…

– Подруга? Серьезно? Именно она и привела тебя туда. За бабки. Ей заплатили, чтоб она нашла для меня дырку на одну ночь.

– Нет…нет это не может быть правдой! Вы лжете!

– Она свалила, как только тебя привели ко мне. Свалила к твоему муженьку, который потом ее драл раком, когда мои пацаны нашли его.

– Нееет! – я закричала и из глаз брызнули слезы. Я ему не верила. Я не хотела верить, не хотела даже мысль допустить. Нет…пусть это все будет просто обманом, манипуляцией.

Марат подошел ближе, и его глаза сверкали темной угрозой.

– Твой муж – это пустой звук. Это ублюдок и ничтожество, которое продало свою женщину за бесценок.

– Отпустите меня… я верну эти деньги. Я их отработаю…пожалуйста!

– Ты здесь, потому что я решил так, и твои чувства и мнения – ничто. И да…отработаешь. Это я тебе обещаю.

Моя душа кричала от бессилия, я вся дрожала словно ниточка на ветру. От ощущения надвигающегося апокалипсиса у меня сжималось сердце. Его слова проникали в мою душу, как колючий холод, меня накрывает отчаянием. Мне не сбежать. Теперь я в клетке. И даже эти обещания отработать… я ведь никогда не верну ему эти деньги. Подонок, грязное жестокое живитное…он купил меня и отобрал мою квартиру. Это чудовище только что лишило меня всего.

Сделал шаг ко мне, подошел вплотную и приподнял мое лицо за подбородок.

– Это не самое страшное, что могло с тобой произойти.

– Что может быть страшнее! – прохрипела я и он сдавил мой подбородок своими жестокими пальцами.

– Например ублажать моих ребят. Всех одновременно. Тебя ведь слили изначально именно для этого. Чтобы тебя трахнули. Он нависал надо мной, был тенью, окутывающей меня в свои мраки, и мой страх становился все более реальным. Моя душа холодела от его слов и весь ужас происходящего заставлял цепенеть. Картинками в голове Вероника ее визиты к нам домой, ее перешептывания с Никитой, та женщина у его работы…разве она не могла быть ею?

– Тебе повезло, что это я захотел… - Не надо, Марат, пожалуйста…- шептала я, умоляя. Но его смех был как холодный ветер, развевающий мои мольбы, как сухие опавшие листья.
– Боишься меня?
– его голос звучал, как проклятие, которое медленно сгущалось в воздухе.
– Ты уже влезла в паутину, Алиса, и теперь я буду тем пауком, который будет плести эту сеть вокруг тебя. Внутри тебя… Мои руки дрожали, когда я отпрянула от него, словно пытаясь избежать прикосновения кошмара к своему телу.

– Оставьте меня в покое! Я…не хочу! Я не стану заниматься этим с вами! Лучше убейте меня!
– прошептала я, но его глаза были безжалостными, пронзительными и очень светлыми, как у волка.
– Сколько пафоса…ты знаешь, что такое смерть? Умирать больно, куколка - сказал он и погладил мои волосы, убирая с лица.
– Ты попала в мою игру, и теперь будешь играть по моим правилам. Смирись с этим. Сегодня я буду тебя трахать. И у тебя есть выбор либо получать удовольствие и доставлять его мне – либо орать от боли, а я все равно получу удовольствие. Мрачная, катастрофическая уверенность в его голосе заставила меня осознать, что мои попытки сопротивления ничтожны настолько, что даже не стоит пытаться. Я была в его власти, и отчаяние поглотило меня, как чудовище в темной бездне.

Вокруг меня сгущался мрак, в который я погружалась все глубже. Силы мои, казалось, иссякли. Я настолько беспомощна перед ним… а еще очень сильно боюсь боли. Я не способна на сопротивление, на физический отпор. Я не такой человек. Я даже никогда в своей жизни не дралась. Каждый его взгляд, каждый его шаг создавали атмосферу тесного заключения. Он был большим, как скала, от которой невозможно было укрыться. Да и негде и не зачем. Потому что я совершенно не знала, что со мной будет завтра и куда мне теперь идти.

Но я должна была попробовать…должна была сказать ему это.
– Ты можешь делать, что угодно с моим телом, но ты никогда не заставишь меня подчиниться, не заставишь получать удовольствие! Можешь только сломать!
– сказала я, взирая ему в глаза, пытаясь передать ему свою решимость. Марат усмехнулся, у меня всегда от его усмешки дрожь пробегала по всему телу.

– Ты и так уже подчинена. Все твои попытки сопротивления – бесполезны. Ты моя. Захочу – сломаю. Ты разве не поняла? Все. С этого момента будет так как хочу я.