Собиратель был невзрачным коротышкой, предпочитающим носить одежду свободного кроя. Такую, чтобы не жалко было перепачкать о липкие столешницы и грязноватые скамьи. Чистота не была сильной стороной «Поросенка». Зато здесь вкусно кормили, а после заката собиралась разношерстная публика. Такая, что любит языком потрепать и деньжат немного подзаработать.

И вот перед ним сидит робкого вида мальчонка, одетый явно не по погоде. Заискивающе смотрит в глаза.

– Выкладывай, – говорит собиратель.

Пареньку на вид около двенадцати. Хлипкая одежонка, которая не очень-то подходит для середины осени у океанского побережья. Веленгард стоял в устье Руза, и ветра тут дули пронизывающие. Не Трордор, там еще хуже. Но и не южные порты, граничащие с Урхатом.

Мальчик замялся.

И тогда на стол улеглись три медяка.

– Мой хозяин замыслил недоброе, – язык у парнишки мигом развязался. Зрачки расширились от жадности. – На следующей неделе…

3

– …на следующей неделе караван прибудет в Веленгард, – многозначительно прошептал старик в грязном рванье, некогда служивший в княжеских конюшнях. – А с этим караваном в город вернется Дистус Дертейн.

– Правда? – Шенк приподнял бровь. – Мне казалось, что господин Дертейн покинул эти земли навсегда. Отправился в Равнинное Царство, так мне говорили.

– Верно, – согласился старик, трясущимися руками собирая медные гроши со столешницы. – Малыш Дистус всегда был не от мира сего. Отказался от веры предков и поехал за тридевять земель, в какой-то затерянный монастырь. Двадцать лет провел затворником в стенах этого монастыря, шутка ли. Говорят, тамошние монахи-воины здорово дерутся. Владеют любым оружием и даже голыми руками кого хочешь прибьют. А лучше всего эти ребята управляются с копьями, шестами и глефами.

– А чего он решил вернуться?

Старик нахмурился.

– Всякое говорят…

На столешницу улеглась еще одна монетка.

– Его фамильяром вызвали, – понизив голос, сообщил старик. – Дертейны, как известно, впали в немилость. Проблемы в Трордоре, при императорском дворе. И здесь им кое-кто не прочь перейти дорогу. Но это не точно.

– А вот с этого места, – собиратель жестом подозвал официантку, разливавшую горячий отвар, – давай поподробнее.

4

Девушка была невзрачной и страшненькой – эдакая сельская дурочка, которой посчастливилось перебраться в город и получить хоть какую-то работенку. Лучше, чем хвосты овцам накручивать.

Вслух собиратель новостей этого не сказал.

Он просто придвинул к дурнушке горсть монет.

– Думаю, этого хватит.

Глаза девушки загорелись.

– Вы очень добры, господин.

– Брось, – отмахнулся собиратель. – Итак, мы остановились на бароне Клинстене…

– Его племяннике, сударь, – уточнила девушка. – Мол Клинстен. Насколько мне известно, он воевал на севере, где-то за Ливонским Хребтом. Снискал славу героя на поле брани.

– Вот как.

– Да, мой господин. Бился против Альянса на Белом Взбережье и едва не погиб. Чудом устоял против берсеркера, и теперь об этом слагают песни.

– Доводилось слышать, – процедил сквозь зубы Шенк.

– Так вот, – в голосе рассказчицы проскользнуло восхищение, – берсеркер был огромным и свирепым, вот с такой бородищей! И руны по всему черепу. Рычал и махал своим топором, разрубил щит славного рыцаря Клинстена пополам, и тот был вынужден драться одним лишь коротким мечом. И уложил варвара, представляете?

– Охотно представляю, – кивнул Шенк.

– Я слышала, что северяне в бой идут полуголыми. Только шкуры на них… или там кольчуги…

– Клинстен, – напомнил собиратель. – Он что, возвращается?

– В лучах славы и величия, – подтвердила девушка. – Белое Взбережье теперь под властью Трордора. Альянс отброшен на восток и зализывает раны.

– Громко сказано.

– Во всех тавернах об этом поют. Великая Империя Запада – так скоро будут называть Трордор.

Будут, мысленно ухмыльнулся собиратель, если только император выстоит против Альянса и Равнинного Царства, претендующего на портовые города в сердце континента. А Облачным Скитам так и вовсе наплевать на эту мышиную возню, разворачивающуюся у них под ногами.

– Ладно, – сдался Шенк. – И что же забыл доблестный герой в нашем захолустье?

– Его вызвал отец, наш достопочтенный барон.

– С какими целями?

– А вот этого никто не знает. Но ходят слухи, что вызов как-то связан с Дертейнами. У них там война кланов или что-то в этом роде.

Скучающее выражение на лице собирателя сменилось неподдельной заинтересованностью.

5

Всю неделю в «Прожаренный поросенок» шли люди, интересующиеся свежими новостями или продающие непроверенные слухи. От этих ходоков отбою не было. Собиратель терпеливо всех выслушивал и щедро платил за уникальные рассказы. Если история повторялась в одной из доступных вариаций, продавец покидал таверну с пустым кошельком.