Несколько выстрелов на левом фланге раздались совершенно неожиданно. Я глянул сначала на наблюдателя в небе, который не ловит мышей. Потом поднялся в седле обернувшись влево в попытке понять что происходит. Разъезд в составе десятка гусар нахлёстывая лошадей уходил в нашу сторону, а из-за взгорка доносился нарастающий топот копыт.

— Атака конницы с левого фланга. Полк построение в каре, — раздался у меня в голове голос Уфимцева.

То есть приказ получен всеми командирами уровня батальона. И они сейчас дублируют команду. Полковой трубач уже играет не просто тревогу, но отражение конной атаки, а батальонные и ротные ему вторят. Солдаты не дожидаясь команды спешат занять места по боевому расчёту, хотя ни унтера, ни офицеры не отмалчиваются.

Подобный сценарий неоднократно отрабатывался на учениях, что ни говори, а повадки татар были хорошо известны. Поэтому полк двигался не просто колонной, а уступом, чтобы перестроиться в сжатые сроки. Так что, в принципе, все знали свой манёвр. Единственно требовались уточнения под конкретную ситуацию и местность, но с этим сложностей не возникло. Полк действовал чётко и слаженно как часы.

— Передки с батареи! — по обыкновению вычленил я горластых артиллеристов. — Прицел постоянный! Один град! Трубка ноль! Готовить картечь.

Люди торопились так, словно за ними гонится сам чёрт. Впрочем и гонится, чего уж там. Понятия не имею, как татарам удалось подобраться буквально вплотную, да ещё и силами в несколько тысяч всадников. Это как минимум, а иначе смысла атаковать никакого.

Вот молодцы! Я конечно слышал, что татары способны на подобные выкрутасы. Но не ожидал, что они настолько хороши, чтобы умудриться обойти воздушного наблюдателя, с обзором на десятки вёрст окрест. Вот что значит знание местности и грамотное её использование! Аплодирую стоя, м-мать их!

Пока подразделения занимали свои позиции, я быстренько провёл ревизию своим боевым плетениям. Для серьёзной драки я подготовил набор двух ситихий огня и воды. Их боевые плетения по большей части повторяют друг друга, а потому удобно комбинировать.

«Копья» сугубо под одарённых, по пятнадцать люм, перезарядка увеличится до трёх секунд, зато и запас мощности получится изрядным. Даже если одарённые татары сделали соответствующие выводы, этого должно хватить, чтобы проломиться сквозь их усиленную защиту.

«Шары» по десятку люм, чтобы не ладошкой по интересному месту, а кулаком в морду. Мощный фугас он не только потери наносит, но и на психику давит. Причём, в первую очередь лошадей. И перезарядка всего-то пара секунд.

Я теперь не в воздухе, а потому не помешает и по пятьдесят «Стрел». Больше нежелательно, потому что даже эти будут перезаряжаться целых десять секунд. Уйма времени в условиях боя. Но если по плотному скоплению, то эффект будет знатный.

«Огненный вал» так же на готовности, причём с солидным зарядом, как впрочем и откатом. Но этот только на всякий непредвиденный, и лишь в случае если передо мной не окажутся наши. Стене огня без разницы кого пожирать. Хотя стоит иметь ввиду, что если широким фронтом и при крайней необходимости, то через наших он как раз прокатится не причинив им вреда, правда от их защиты отъест изрядно.

А вот «Град» уже совсем другое дело. Доступен с седьмого ранга, на моём уровне на пять секунд накрывает участок в радиусе пятнадцати сажен ледяными пулями, по люму каждая. Чтобы выжить под таким ударом нужно иметь по-настоящему толстую шкуру. И использовать можно с задних рядов, главное не ошибиться с точкой прицеливания, дабы не накрыть сових…

Не прошло и минуты, как татары выскочили из-за увала шагах в четырёхстах. Но каким бы внезапным ни оказалось нападение, пушкари всё же успели выставить орудия, и встретить их нестройным залпом. Грады сработали должным образом и в первые ряды влетел плотный рой пуль. А там и стрелки присоединились, вколачивая в плотную массу залп за залпом.

До картечниц дело так и не дошло. Мало того, уже после четвёртого залпа пехоты полковой трубач заиграл отбой. Я в недоумении вновь пробежался по своему набору боевых плетений, который опять остался не у дел. И какого я его вообще готовил? А хан? Что он вообще творит?

— Всё просто, Пётр Анисимович, — пожал плечами полковник. — Наблюдатель в воздухе постоянно держит в поле зрения войско Мехмеда. Тот не дурак и понимает это, поэтому основную часть своих воинов держит на виду, и отделил лишь около пяти тысяч, которые смогли остаться незамеченными. Моё почтение татарам. По идее, если они ворвутся в наши порядки, то раскатают в тонкий блин. Хотя на деле это и не так, но калга-султану об этом неизвестно. Однако, едва осознав, что врасплох застать нас не получилось, они поспешили ретироваться. В поле осталось чуть больше трёх десятков. Для залпа восьми орудий, и четырёх целого батальона, результат более чем скромный.

— И что дальше?

— Они вновь попытаются нас достать. А мы опять постараемся их не прозевать, — пожал плечами Уфимцев.

— И сколько это будет продолжаться?

— Пока я не решу, что полк является слаженным оргагнизмом, или Мехмед Герай не решит, что этот орешек ему не разгрызть.

— А если он решит, что ему лучше отправиться в набег на русские земли, предоставив нам возможность ломать зубы о Перекоп?

— Значит поймёт, что нас ему не одолеть, и тогда ваш выход, Пётр Анисимович, — хлопнул он меня по плечу.