— Вам налить? — спросил он.

— Позови бармена.

— Могу я налить, он пока занят.

— Чем занят?

— Принимает товар.

— Долго он ещё там?

— Не знаю.

— Ладно, пускай заканчивает, я подожду его в зале.

— Налить что-нибудь?

— Налей воды.

— С газом или без газа?

— С газом.

— Кред.

— Держи.

У Марика было большое желание напиться в честь испорченного недельного отпуска, но начальство такой сюрприз точно не оценит. Бармен вскоре появился из подсобки. Посмотрел на Марика, потом осуждающе на подростка и отвесил тому подзатыльник.

— За что? — спросил подросток.

— Ты почему не сказал, что меня ждут?

— Я ему налил.

Бармен покачал головой и направился к столику, за которым сидел Марик.

— Извините его, он не понял, кто пришёл.

— Я не тороплюсь.

— Чем могу помочь?

— Садись, нужно поговорить. Нас заинтересовал твой сигнал.

— Какой именно?

— Мне нужно знать всё, что у тебя есть по аграфам, что заходили к тебе.

— Так это было два дня назад.

— Понимаю. Почему ты решил, что они аграфы? Как я понял, ты их лиц не видел?

— Нет, не видел, но как вам объяснить. Я раньше работал на другой станции недалеко от их систем. Там аграфы были частыми гостями.

— И что?

— Понимаете, за время работы там, я научился их определять сразу. Даже если они пытались быть неузнанными. Про их гонор и снобизм я не буду рассказывать, о нём все знают.

— По каким чертам ты определил, что это аграфы?

— Все движения плавные, похожи на женские. Я не ожидал их встретить здесь и вначале принял их за женщин, но, когда они заказали выпивку, понял, что я ошибся. Аграфские голоса я точно отличу от женских.

— Может, это аграфки были?

— Возможно, одна или две, но тот, который заказывал выпивку, точно аграф.

— А что они заказали?

— Коктейль Сияние. Это у них один из самых любимых коктейлей.

— Понятно. Скинь мне записи с камер наблюдения и твоей нейросети.

— Сейчас.

— Как думаешь, что им могло здесь понадобиться?

— Думать — это по вашей части. Хотя недалеко есть их станция, возможно, они оттуда. Мне не понравилось, что они не хотели, чтобы их узнали.

— Правильно, что сообщил. Проверим.

— Эти взрывы никак не связаны с ними?

— Разбираемся. Возможно, это техническая авария. Ты не слышал, о чём они говорили или может с кем-то встречались?

— Не слышал, о чём они говорили. Они сидели на том месте, где сейчас сидит вон та влюблённая парочка.

— Кто-то к ним подходил, с кем-то общались?

— Никто не подходил. Они посидели, не торопясь выпили коктейли и ушли.

— Стаканы, из которых они пилили, помыл?

— Помыл.

— Вот этого подростка не видел в баре? — и отправил бармену фотографию Отпуска.

— Вроде не было такого. Всего один раз в бар приходил подросток и сидел за тем же столиком.

— Что он делал?

— Пришёл, поговорил с одним громилой и ушёл.

— Когда это было?

— Давно. Точно уже не помню.

— Этого точно не было?

— Других подростков в баре точно не было. Вы проверили этого громилу?

— Какого громилу?

— С которыми подросток встречался, я же вам сообщал.

— Проверяем. Пока ничего интересного.

— Если понадоблюсь, позовите, я за стойкой буду.

В бар зашли трое, и бармен направился за барную стойку. Марик же стал просматривать записи с нейросети и камер наблюдения в баре.

Его отвлёк входящий вызов.

— Ну что у тебя? — спросил начальник СБ станции.

— Лингвистический анализ подтвердил, что бармен не ошибся. Это действительно аграфы.

— Что они делали?

— Ничего незаконного. Пришли, выпили по коктейлю и покинули бар. Похоже, обычные транзитники.

— А парень?

— Он, со слов бармена, никогда не приходил в бар. Сейчас всё проверяю.

— Найди мне, на чём аграфы прилетели и куда делись со станции.

— Этим сейчас и занимаюсь. Скажи мне, давно этот бармен сотрудничает с нами?

— Не помню уже, нужно досье смотреть.

— Значит давно.

— Он вызывает твои подозрения?

— Не помнишь, откуда он прилетел на станцию?

— Давно это было. Подробности не помню. Он прилетел на станцию и сразу сам предложил работать на СБ станции.