Еще долгие, долгие дни Биг вспоминал то мгновение. Жрец предложил энглишу четкий, до гениальности простой путь для каждого пленника. Любому энглишу открывались невиданные перспективы: организация какого-либо дела, незнакомого аборигенам, женитьба на краснокожей девушке, рождение детей, признание Гичи-Маниту, проявление героизма в войне с бледнолицыми. Достаточно было сделать один шаг из пяти и энглиш переставал быть пленником.

Биг первым прокричал: "Я", - на вопрос жреца. Да он хотел, хотел жить этой жизнью вольного ветра, дыма костров, простой здоровой пищи. Он хотел иметь жену, детей. Он стал первым.

Не только для эринца былое отдалялось за туманной пеленой воспоминаний. Далеко не у каждого та жизнь была сытой и беззаботной.

А здесь их ждала необременительная работа, уважение в обществе, вкусная, обильная пища. Их ждали жены, крепкие и теплые. Очень многие из них чаще вспоминали не Бога, а Черта и ничего не имели против Гичи-Маниту. Главное не перепутать ритуалов.

Слияние алдонтинов, шауни и военнопленных в один народ шло необратимо. Жен хватало всем. Красота алдонтинок пленила шауни, девушки шауни часто предпочитали алдонтинов. Редко кто из пленников не заимел вигвама и женщины. Бизонов в лугах было много. Ружья позволяли поражать их сразу сотнями. Освободилось много мужских рук. Медленно, с огромным трудом под руководством энглишей стали закладываться основы промыслов и производств.

Восточный берег был наводнен разведчиками. Они следили за каждым шагом врагов. Энглиши не предпринимали никаких активных действий. Колонизация восточного берега приостановилась. Краснокожие не спешили напасть на форт. Удар должен быть сокрушающим. А для этого необходимо время.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Полное солнечное затмение первого августа 1769 года, конечно же, не могло не остаться не замеченными учеными мужами. Задолго до указанной даты оно было рассчитано астрономами и своим явлением еще раз подтвердило силу науки, указывая на неограниченность прогресса и возможности человека.

Без сомнения, служители культа не приминули бы использовать события, развернувшиеся в космосе для своих целей. Наглядный пример величия дел Творца, правильно интерпритированный, многим бы умерил гордыню. Но все дело портили астрономы. Чудо, давным-давно вычисленное при помощи вполне доступных математических действий, переставало быть таковым. Мало, выходит, пожгли астрономов на кострах инквизиции.

Но размахивать кулаками после драки дело, хоть и не сложное, но пустое.

Среди шауни-алдонтинов специалистов по движению космических тел не было. Именно, это и придало всему хочу событий совершенно другой поворот.

Шла четвертая луна с того дня, как краснокожие, разгромив противника, перешли на западный берег. Раннее утро не предвещало ничего необычного.

Разбуженные первыми несмелыми лучами солнца защебетали певчие птицы. Небо было ясным и чистым. Прозрачные рки и озера кишели рыбой, стада оленей наслаждались жизнью на покрытых сочными зелеными коврами лесных опушках, жирные, ленивые бизоны развалившись в лугах безмятежно грели свои косматые бока на еще не ставшем нестерпимо жарким солнце.

Земля наполнялась соками, ощущением сытости и спокойствия был насыщен воздух.

Познавший Древо предавался рассуждениям. В руках он держал большую толстую книгу в крепком черном переплете. Язык энглишей, на котором она написана, был еще труден для понимания и жрец вновь и вновь анализировал те строки Священного Писания энглишей, которые хорошо усвоил.

Конечно, Паленый Тростник, много лет живший среди алдонтинов, всегда говорил о необходимости разобраться в содержании этой книги. Познавший Древо понимал, что бывший священник Бога Белых, ставший алдонтином, говорит правильно. Но всегда было не до того. И вот теперь жрец держал книгу в руках и четко знал, что именно в ней враги черпают свое могущество.

Мудрому алдонтину никогда не удавалось связать воедино несколько путеводных нитей, уводимых в совершенно противоположные направления.

Предки алдонтинов и шауни, жившие в Скалистых Горах, после победы над майянами вынуждены были разделиться на два потока и покинуть свою землю. О тех, кто ушел на юг, забыли. Еще там, в горах люди очень хорошо помнили о том, как на землю приходил живой Бог. Он принес краснокожим законы добра и справедливости. Он жил среди людей, а затем покинул их. Бог был совсем не похож на алдонтинов. Белокожий, с черной бородой, он пришел из мира духов и вновь вознесся на Небо.

Вскоре вера в то, что белый Бог вернется к людям разнеслась по всему Континенту. Постепенно Живой Бог стал восприниматься как один из духов. Вера во второе пришествие медленно угасала. А когда появились бледнолицые и загремели выстрелы, она и вовсе стала казаться вредной.

Под воздействием предсмертного заявления Черного Орла и сказанного Паленым Тростником, у многих алдонтинов появилась надежда на то, что Бог вернется. Конечно, это будет Бог-Спаситель, великий краснокожий Бог-Вождь. Он мог быть только краснокожим. Ведь отголоски трагических событий. развернувшихся на юге Континента, дошли и до шауни-алдонтинов.