Враг попытался атаковать ещё один имперский промышленный мир (название я не запомнил), из тех, что находились недалеко от границы. Вторгся большими силами, более двухсот кораблей, тогда как наших было около сотни. Диктор прямо этого не сказал, но намекнул, что передислокация флота Империи ещё продолжается: надо прикрывать те направления, которые раньше находились ближе к Рокской Республике. Собственно, как раз роксы и атаковали, планету они выбрали правильно и могли рассчитывать на полный успех.

Но им не повезло с адмиралом, который руководил обороной той системы. Это оказался очень хитрый тип, который сперва послал свои корабли в отчаянную и безрассудную атаку. То есть, показал противнику, что он либо тупой, либо запаниковал, либо всё сразу. Вменяемый командующий просто бы отступил, разница в силах была слишком значительной, не было никакого смысла жертвовать кораблями и экипажами ни за что. Роксы с радостью клюнули на эту приманку, сменили курс и рванули навстречу нашему флоту.

В самый идеальный момент адмирал скомандовал отступление. К этому моменту он успел потерять всего несколько кораблей, а противник уже почувствовал вкус крови. Да и уходили они по такой траектории, которая давала роксам возможность догнать их и всех перебить. В общем, охотничий азарт и привёл их на минное поле, где они потеряли почти все свои корабли, а оставшиеся спокойно были добиты нашими. Вражеский командующий сделал очень глупую ошибку, но и наш адмирал показал себя отличным тактиком с железными нервами.

Вторая новость для Империи была не столь позитивной. Был атакован конвой, который перевозил какие-то особо ценные материалы из другой части Галактики (их закупали у другого государства). Их ждали на нейтральной территории, в точке, где корабли обычно выходили из гиперпространства, корректировали свой курс и прыгали дальше. К этому времени такие конвои всегда имели сопровождение, но у врага сил было более чем достаточно. Итог: уничтожено три наших эсминца, один крейсер и двенадцать грузовых кораблей с неизвестным количеством груза.

В общих масштабах это мелочь, но из таких мелочей и складывается общая картина. Тут укол, там укол и у врага уже преимущество. Вообще, судя по новостям, противники были заинтересованы именно в уничтожении нашего экономического, а не военного потенциала. Наверное, это правильно, ведь какая разница, сколько кораблей ты уничтожил, если противник производит их больше, чем ты?

– Парни, как думаете, сколько продлится война?– спросил я у своих после новостей.

Оценки в ответ прозвучали разные, от года до двадцати лет. В то, что это закончится за один год, я не верил – не те масштабы, но и двадцать лет казались очень долгим сроком. Я склонялся к той оценке, которую озвучил Хосе:

– У нас преимущество, но и у них какие-то козыри есть. Что там Берт говорит про год – это фуфло, так быстро закончить невозможно. Не, варианты есть, но они нереалистичные. Я думаю, первый год всё будет примерно равно, на второй год начнёт сказываться наше преимущество, но они будут сильны. На третий-четвертый год они начнут проигрывать. Когда решат капитулировать? Вопрос! Думаю, на пятый, максимум на шестой год.

– Когда нас уже куда-то отправят,– заныл Артём. – Не то что я тороплюсь рисковать жизнью, но этот лагерь меня уже задрал.

– Потом будешь вспоминать его с ностальгией,– с короткой усмешкой заметил Рэйнольдс.

– Может быть оно и так, только всё равно прямо сейчас меня тошнит от лагеря. Каждый день всё одинаково, даже сержант Груб сдулся и перестал выдавать новенькое.

– Я сомневаюсь, что ты запомнил всё, что я говорил, размеры твоего мозга и его устройство просто не позволили бы тебе этого сделать. Для тебя каждый день должен быть как новый,– зловещим тоном сказал Груб, который, очевидно, тихо подкрался и подслушивал нас некоторое время.

– Сержант!– мы вскочили.

– Да сидите или лежите,– махнул рукой он. – Что, один уже расплакался и хочет на войну? Похвально, похвально.

– Но нам действительно надоело тут торчать! Вряд ли мы станем лучше,– Артём продолжал настаивать на своём, хотя лицо его малость покраснело.

– У тебя точно нет никаких шансов,– хмыкнул Груб. – Но если честно, ты прав. Открою секрет: по изначальному плану вы должны были отбыть ещё три недели назад. Но, как вы знаете, начало войны и вашу личную операцию отложили на неопределенный срок, а потом произошло то, что произошло.