От прободной язвы помрёт Барс.

Более тридцати лет назад, как только Наталья родила Глебу дочь Альбину, он передал кассу воров, созревшему для этого дела грамотному вору Зиме, но связей с ворами не терял. Они шли к нему за советами или просто так уважить его, – поддержать здоровье редкими медикаментами, оставить на кухне корзину с продуктами или помочь в чём – то по дому.

Глеб с сожалением вспоминал те золотые времена, когда его дом помогала строить вся улица, и когда соседи делились друг с другом последним куском хлеба. Сейчас почти все дома окружены высокими заборами, и друг к другу в гости уже не ходили. Мало того, каждый норовил оттяпать у соседа лишний кусок плодородной земли или умыкнуть незаметно ведро удобрений. Наступила эпоха не единения, а единоличия, каждый выживал, как мог. Люди, при сокращении штатов, готовы на предприятии друг другу горло перегрызть, устраивая разные каверзы и плетя интриги ближним. Но самое популярное изобретение это был чарующий лохотрон. Даже трезвомыслящие люди не могли устоять перед ним. Всем хотелось дармовых денег. Посулы, лживая реклама в СМИ, мутила людям голову. Мошенники были разнокалиберные, – от ловких изобретательных фокусников, манипулирующими шариками и напёрстками, до невероятности изощрённых строителей пирамид. Все хотели денег. По городам ходили люди с большими значками на груди, типа хочешь быть богатым! – спроси у меня, или хочешь похудеть! – спроси тоже у меня. Один из таких ловкачей был родственник бабы Наташи Кузьминой тридцатипятилетний Вадим Важенин, живший в Горьком ныне приобретя своё историческое название и переименованный в Нижний Новгород. Он всё реже и реже стал навещать дом на берегу Славки, где жили его единственные родственники.

Анна давно была уже мамой, и они с Морисом воспитывали дочку Сабрину. Их старший сын Август жил самостоятельно в Люксембурге, где недавно начал свою трудовую деятельность экономистом в одной из знаменитых винодельческих компаний Морис работал в это время в Лейпцигском музее литературы и искусства, но к тетрадям деда не прикасался, но некоторые разъяснения жене давал. Так, как она твёрдо решила хоть по кускам, хоть целой книгой опубликовать страшную исповедь советского генерала КГБ Березина. Анна не забывала иногда брать в руки Пифагора и держать с ним совет по книге, отлично понимая, что разговаривает с дублёром. Хоть это и была копия, но этот Пифагор, тоже её вдохновлял. После поездки в Дрезден ей подтвердят, что обладает она Действительно не подлинником Пифагора, а великолепно изготовленной подделкой, которой цена чуть больше двадцати марок. Об этом открытии она и без экспертов знала, но Морису ничего не говорила. Анна много материала собрала по фигурке, но все они разнились. Настоящий Пифагор был изготовлен неизвестным мастером. Некоторые эксперты из Дрезденского музея говорили, что был такой экспонат в музее, переданный на хранение Адольфом Гитлером и приписывали эту работу итальянскому мастеру шестнадцатого века Челлини Бенуто, другие же эксперты имели стойкое мнение, что это работа румынского скульптора Константина Бранкузи. Они утверждали, что хоть в фигурке и существует дух древнего мастерства, но выполнена она в двадцатом веке. Подобный конструктивизм было присущ именно Бранкузи и являлось его пожизненным логотипом. Они, без всякого сомнения, склонялись, что выполнен Пифагор в двадцатом веке румынским скульптором который был похоронен в Париже в 1957 году.

Была пятница. Автовокзал был переполнен пассажирами. Студенты и другой бывший пригородный и сельский люд, прочно обосновавшийся в городе имевшем статус областного центра. Все они отправлялись на выходные дни к себе на малую родину. Всем нужно было домой, – увидать родных и отдохнуть от суеты миллионного города. От касс тянулись зигзагообразные очереди. В середине кассового зала впритык к стене, где висела большая карта маршрута междугородних автобусов, стояла лавка с заманчивым названием «Здоровье». В эти дни, очередь в эту лавку была такая же, как и в кассах. В подарок своим родителям дети закупали оздоровительные чаи и биологические добавки, которые как объясняла хозяйка лавки, принимают постоянно космонавты.

Хозяйка статная женщина где – то на вид чуть за тридцать лет, приятной наружности, – чёрные прямые волосы, немного ниже плеч, утончённые черты лица, нос с обаятельной горбинкой. А главное зелёные глаза, – они странно блуждали по лицам всех покупателей мужского пола, будто выискивая себе подходящего партнера на танец обольщения. Опытный человек сразу мог распознать в этих глазах сексуальный голод и неудовлетворённость семейной жизнью.

У неё был медоносный голос и профессиональная хватка. Она так убедительно рекламировала свой товар, что ни один покупатель не уходил без покупки.

За её работой наблюдала другая женщина примерно такого же возраста. Но это лицо уже было не только приятное, а красивейшее!

Именно от таких дам, обладательниц воспламеняющего взгляда у мужчин закипала в жилах кровь, а у женщин немел язык от восхищения и зависти. Без всякого сомнения она являлась эталоном женской красоты и олицетворяла образ современной женщины. На неё без восторга нельзя было смотреть.

Её необыкновенные большие и умные глаза, не смиренно водили по сторонам. Эти глаза напористо брызгали таёжной голубикой включая при этом колдовское обаяние. Длинные шёлковые ресницы временами сдерживали этот напор, когда она кокетливо опускала веки. Смуглая без подтяжек кожа на лице, приятно блестела, отдавая шоколадным оттенком. И этот блеск был не косметический, это был щедрый дар матушки – природы, который можно было сравнить разве что со звёздной ночью, северным сиянием или восходом солнца. Любое из этих атмосферных явлений приносит человеку положительные эмоции, – так и она словно целебный родник била своей ослепительной красотой людям в глаза, принося им радость. Национальность в её облике было трудно угадать. В ней сочеталась одновременно горячая кровь дочери гор Кавказа и Кугитана.

Возможно, она была гордой осетинкой, а возможно покорной туркменкой? Угадать сложно, но в любом случае, в далёком прошлом её предки без всякого сомнения были участниками революционных этапов, когда разные религии вопреки природе нарушили национальные устои и удачно размешали разнородную кровь. От чего на свет появилось такое дивное создание!

Красивая и уверенная в себе, догадываясь, что вся змейка, образованная из живой очереди, включая и женский пол, наблюдают именно за ней, а не за продвижением покупателей. А если быть точнее, не наблюдают, а любуются ей, как произведением искусства. Она не крутила во все стороны головой и не торговала бесплатно своим неповторимым обликом. Она прекрасно знала себе цену и если тщательно приглядеться в её глаза, то в них можно найти сияние нежности и страстный темперамент, а также мудрость и хитрость. Это о таких женщинах писал Вадим Синявский

«О, женщина! Больше, чем тайна; больше, чем загадка… Ты – парадокс!

В норковой шубе и из такого же меха берете, она стояла сбоку лавки, рассматривая внимательно витрину, заставленную сверху до низу широким ассортиментом товаров.

Сжимая в руке дамские перчатки, она регулярно с витрины переводила взгляд на очередь, как бы дожидаясь, когда она полностью растает.

Очередь двигалась, вроде быстро, но периодически в её хвост пристраивались другие покупатели.

«Так конца не будет», – подумала женщина в шубе и, подойдя к застеклённой двери, два раза мягко постучала по ней.

Дверь отворилась.

– Простите! – сказала женщина в шубе, – я тут прочитала, что вы осуществляете доставку ваших товаров на дом.

Хозяйка при виде экзотической покупательницы изрядно смутилась, но сразу взяла себя в руки, сменив смущение на восхищение:

– Да такие услуги мы предоставляем покупателю, – улыбнувшись, ответила она.

– Я сейчас очень тороплюсь, и вас не хочу отвлекать от работы. Не могли бы вы сегодня к девятнадцати часам подвезти комплект чаёв «Зелёная поляна» и комплект биологических добавок для гипертоников. – Она достала из сумки визитку и протянула хозяйке.