— Люк Кастельмор, баронет, — более официально представился я в ответ. — Раз вас настолько смущают мои слуги, то прошу за мной, — произнес я и, сделав приглашающий жест, вместе с ним вышел из столовой. — Пройдемте в кабинет, — вежливо сказал я, и мы поднялись на второй этаж. — Чем могу быть обязан? — спросил я одного из отпрысков Рошфоров, когда мы оказались наедине.

— Родители попросили справиться о вашем здоровье, — натянув на губы лукавую улыбку, ответил Габриэль.

— Как видите, иду на поправку, — ответил я собеседнику, а буквально через пару секунд в дверь раздался стук.

Это точно был Фредерик.

— Открыто, — сказал я слуге, и он вошел в кабинет с подносом, на котором были легкие закуски и пара графинов. Один с вином, другой с морсом.

Поставив поднос на стол, управляющий удалился.

— Угощайтесь, Габриэль, — я кивнул на поднос, но мой собеседник посмотрел на него с таким отвращением, что мне захотелось так сильно дать ему по роже, что я с трудом сдерживался, чтобы этого не сделать.

— Это с того стола? — спросил он таким тоном, будто ему предлагали какие-то объедки.

— Возможно, — я пожал плечами и, взяв с подноса графин, наполнил два бокала вином, один из которых взял в руки и сделал глоток. — Так чем обязан вашему визиту? — повторил я вопрос, заданный мною ранее.

— Как я уже говорил, приехал справиться о здоровье дорогого соседа, — улыбнулся Габриэль.

— Как видите, со мной все в порядке, — я тоже натянул на губы улыбку. — Кто бы ни пытался меня отравить, ему явно не хватило лудиоров, чтобы купить нормальный яд, — моя улыбка стала шире.

— Так вы считаете, что на всю вашу семью было совершено покушение? — попытался изобразить удивление Рошфор.

— Думаю, да, — кивнул я. — И клянусь честью, те, кто это сделал, сильно пожалеют о содеянном, — добавил я и сделал еще один глоток, после чего встал и подошел к окну.

— Может, вы кого-то подозреваете? — вежливо поинтересовался мой собеседник. — Я все же угощусь, — добавил он, и я заметил, что когда он потянулся к стакану, перстень на его руке открылся, и в мой бокал попал какой-то порошок.

Дилетант… И идиот. Какой же тупой идиот! Повторно отравить меня в моем доме? Здесь стража что, совсем мышей не ловит? Или Рошфоры купили всех давно и плотно? Нет у меня пока объяснения этой неимоверной наглости. Ну, да ладно…

— Есть определенные догадки, — ответил я, возвращаясь к столу.

— Поделитесь? — поинтересовался Габриэль.

— Не сегодня. Не хочу никого скомпрометировать, — ответил я, беря в руки бокал с вином.

«Ишь, как загорелись глаза», — отметил я про себя непрофессиональное поведение Рошфора.

— За то, чтобы справедливость была восстановлена! — молодой человек поднял свой кубок.

«О, в этом ты даже можешь не сомневаться», — подумал я и тоже поднял свой бокал.

— До дна! — радостно произнес Габриэль.

— До дна, — повторил я его слова и разом выпил содержимое своего бокала.

Стоило отраве попасть в мой организм, как магическое сердце сразу же активировалось.

«Хм-м, какой интересный яд», — подумал я, когда мое магическое ядро разложило его на составляющие.

В этот раз Рошфоры не поскупились. Мало того, что яд был магическим, так он еще и не сразу убивал свою жертву. Если верить моим ощущениям, то штука, которой меня «угостил» Габриэль, должна была убить меня в течение нескольких дней. Отрава воздействовала на нервные окончания, убивая их, поэтому уже завтра мне должно было стать плохо. Я должен был перестать чувствовать тело, затем лишился бы зрения и слух. Таким образом мое состояние ухудшалось бы до тех пор, пока все нервные окончания не умерли бы, как, впрочем, и я. И да, первые симптомы отравления должны наступить довольно быстро, не слишком опасные пока, но узнаваемые.

Вот только молодой Рошфор не знал, с кем связался. Перед ним был Василиск, который окончательно убедился в том, что все козни исходили именно от этой семьи. Убедившись, что я все выпил, Габриэль тем временем произнес.

— Ну, вижу, что у вас все хорошо, а значит, мне пора, — выпалил он и пошел к выходу из кабинета.

Я не стал ему мешать, благо за дверью уже ждал Фредерик, который должен был проводить гостя до кареты. Проводив гостя взглядом из окна, я вытянул руку и, закрыв глаза, воспользовался своим ядовитым ядром, с помощью которого без труда воссоздал капельку яда, которым меня пытались отравить, на кончике указательного пальца. На моих губах появилась хищная улыбка. Теперь я точно знал, как умрет Габриэль Рошфор.