– Ну хватит уже! Я раскаиваюсь за содеянное.

– Потому что кто-то не умеет думать головой. А думает другим местом. Вот честно, Майк, я надеялась, что ты другой. Что хотя бы у тебя хватит мозгов не вестись на женское соблазнение.

– Кто ж знал-то, – вздохнул Майк.

– Да и вообще… ну у нас же был урок полового воспитания.

– Это когда? – удивился парень. – Я, наверное, прогулял его благополучно.

– Да даже без него. Неужели ты даже не допустил мысли о защите? Как так можно?

Майк не нашёл, что ответить. Ему было стыдно. Перед самим собой, в том числе. Это был самый жёсткий косяк во всей его жизни. И он так не хотел повторять судьбу матери, но в итоге получилось, что парень сам загнал себя в угол.

Прошло несколько минут, и Лулу мирно задремала в своём кресле. Майк надел наушники и включил подкаст об экзопланете на орбите Проксима Центавра, которую учёные открыли буквально на днях. Монотонный голос рассказчика отвлекал от мыслей, заставляя сосредоточиться на космосе и звёздах, хороводом пляшущих в пустоте. В пустоте ли? Космос ведь не является абсолютно пустым. В нём есть разряженное межзвёздное вещество, пусть преимущественно состоящее из молекул водорода. Получается, абсолютной пустоты нет? Но тогда что сейчас творилось в душе у Майка?

– Ника, – вполголоса позвал парень голосового помощника, – леденцы со вкусом клубники и сливок.

Один из панельных ящиков рядом с водительским сидением выдвинулся вперёд, и из него выехала наверх подставка со встроенной вазой, в которой покоились конфетки «Малибу». Вкус детства ударил по рецепторам и унёс сознание блуждать по воспоминаниям. Подкаст закончился и вместо него зазвучала депрессивная песня группы Hypnogaja 26 . Майк скривился, будто рассасывал вовсе не «Малибу», а самую настоящую «Кислинку».

Мекрада сияла голубоватым свечением. Ярче Солнца, но гораздо холоднее и непривлекательнее. Майк, землянин, не любил эту галактику, не любил Хандроз. Он не считал его своим домом и никогда не стал бы. Как круто может повернуться жизнь буквально на сто восемьдесят градусов в одночасье!

– Ты слишком много думаешь, – зевая, Лулу плюхнулась в кресло второго пилота и принялась расчёсывать волосы.

Майк выдавил из себя почти искреннюю улыбку. Возможно, она права. Горе от ума, как говорится. Может, иногда стоит отпустить руль и плыть по течению? Может, у него всё ещё не так плохо? В конце концов, ещё не поздно всё исправить и начать наслаждаться такой жизнью. Даже если жить осталось совсем немного.

Лили встретила их почти радостно. Неожиданно крепко, почти действительно по-сестрински обняла Лулу и сухо махнула Майку, даже не взглянув на него. Лулу усмехнулась про себя: «Даже сестрица понимает, кто корень всех проблем».

Лили попросила служанку заварить гостям по кружке горячего кофе. И пока нерасторопная белая вервольфица гремела посудой на кухне, царевна потащила Лулу и Майка наверх. Майк сразу ушёл в комнату к Тецеусу, как ему и полагалось. Даже если бы они наткнулись на Макгроу, его присутствие в комнате Тецеуса не вызвало бы никаких подозрений. Впрочем, к их счастью, вредного старого мага тоже не наблюдалось на горизонте.

– Где Читерн младший? – спросила Лулу, напуская на себя важный вид. И едва не расхохоталась, поймав своё искажённое отражение в ледяной стене комнаты. Самой себе девушка на долю секунды напомнила госпожу Соверейн.

– Вот малыш, – Лили не без труда подняла ребёнка из люльки. Он попытался было заорать, но Лулу оказалась быстрее:

– Silenzia!

Глаза Марка раскрылись широко-широко, блеснули в неярком свете холодной сталью. Мальчик не понял, испугался. Моча зажурчала тонкой струйкой, смачивая пелёнки и капая на пол. Лулу расхохоталась. В этом ребёнке она представляла Майка. И ей нравилось, что он выглядит таким жалким и беспомощным. Лили, плохо скрывая брезгливость, прижала младенца, желая успокоить, защитить.

Вокруг головки малыша появился разноцветный ореол, напоминающий гало от солнца. Лулу вскинула бровь и ради интереса провела рукой, как их учили на боевой магии, щупая нити существа.

«Если это влияние Лили, я это почувствую».

Девушка незаметно перебирала пальчиками воздух, словно играя на воображаемой лире. И… есть! Лулу не ожидала этого и откровенно удивилась.

– Ты уверена, что Марк – человек? – вырвалось у Лулу.

– Ну а кто ещё? Вервольф, что ли? А что такое? Что ты увидела, говори?

Лулу моргнула, и видение исчезло вместе с разноцветным ореолом. Обычный бритый налысо полугодовалый ребёнок с раскосыми глазами, так похожими на Майковы. Агукает и садится сам, тащит всё подряд в рот и пытается ползти. «Наверняка Лили замучилась с его ночными коликами и режущимися зубками. Повезло, что не оборотень».

– Майк сказал, что тебе нужна помощь. Ты же понимаешь, что я не настолько тебя люблю, чтобы просто так нанести тебе визит в ночь перед первым учебным днём. Я, конечно, твоя лучшая сестра, но не настолько.