*** Раздевшись и полностью обнажившись, Микаса взяла ленту с прикроватной тумбы и завязала себе волосы в хвостик.— Тебе идет — отметил я, отчего она невинно улыбнулась и отвела взгляд.Открыв дверцу той самой тумбы, она извлекла из нее обувную коробку, открыла, полазила в ней и со вздохом убрала обратно, доставая другую, в которой и нашла необходимое снаряжение, протянув мне пару красных ремешков соединенных тонкой цепочкой.— У тебя много всякого садо-мазо барахла — отметил я, мельком взглянув на содержимое коробок.— Да, коллекция довольно значительная –с усмешкой заявила она.Она протянула мне этакие импровизированные наручники, и я в недоумении на нее поглядел, стоя перед ней голым как дурак, потом взяв их, немного покрутил в руках и непонимающе на нее посмотрел.— Мне все самой делать? — Микаса поднялась и подойдя ко мне развернулась на месте, встав ко мне спиной, потом завела руки за спину.— Мне сковать тебе руки?— Да. Не тупи.— Но тогда они будут же связаны, так?— В этом и смысл, вроде, нет?— Мы не сможем пообниматься — сказал я, пожимая плечами.— На такую жертву я готова пойти — сказала она, с недовольством в голосе, потом недовольно вздохнула, ее большие груди чуть дернулись вверх, когда грудная клетка расширилась от набранного воздуха, и она, приблизившись, обняла меня и крепко прижалась ко мне, в нос ударил запах лимона, толи моющее средство, толи шампунь, от этого запаха зачесался нос.— Доволен? — спросила она, снова отойдя на шаг и снова повернулась ко мне спиной.— Да, доволен — буркнул я, хотя по правде говоря, мне хотелось пообнимать ее еще немного, ведь она такая милая, приятная и очень-очень приятно милая. Я уже упоминал, что она милая?Надеть эти странные путы и застегнуть на запястьях оказалось довольно сложной задачей, в таком деле нужна практика. Я сразу вспомнил пару AV-фильмов, где на актрис надевалась подобная сбруя, они еще, как правило, изображали борьбу и сопротивление, так вот оказалось, что даже на полностью покорную и ровно стоящую цель надеть эту хрень та еще задача.— Не давит? — уточнил я, когда все-таки справился с ремешками.— Сойдет, немного практики и научишься.Она снова развернулась и уселась на кровать, мотнула в сторону тумбы, на которой лежала тряпка.Подойдя ближе, я взял эту тряпку, и рассмотрел в руках. Нечто вроде платка или длинной салфетки, с узлом посередине.Поняв, что я немного не понимаю че мне с этой фигней делать, Микаса приоткрыла рот, явно намекая на это.— Ну? Чего застыл? Или ты хотел поболтать в постели? Я ждала этого весь день, я очень мокрая и буквально закипаю изнутри, и я хочу так поорать, что сюда вся полиция префектуры съедется! Так что давай уже, ты должен приглушить звуки.По ее виду было ясно, что она шутит, она вообще на удивление была тихой в постели, ну… почти всегда. Но раз уж так ей хочется… к тому же у меня возникла одна очень темная идея, и я решил ее реализовать. Завязав кляп так, чтобы узел оказался у нее во рту, и она сжала ткань зубами, я завязал ее сзади на затылке, после чего Микаса улеглась на диван, оказавшись полностью в моей власти. Коснулся пальцами ее собачьего ошейника, видимого только обладателям системы, и засунул пальцы под полоску кожи, ощущая ее теплую немного влажную от пота кожу, и сильное учащенное биение пульса, вибрация которого почему то сильно меня успокоила и наполнила мою душу решимостью. Если не сделаю этого сейчас — то уже никогда!Я забрался на нее сверху, усевшись на бедра идола, так что она уже не сможет сбежать, даже если и захочет. Ее руки связаны, ногами не пошевелить, во рту кляп и она не сможет спорить, да и спорить не сможет или сделать вид, будто не слышит меня или не хочет слышать, так что я поцеловал ее губы прямо через ткань, и сказал:— Микаса… я… я очень сильно люблю тебя. И мне не важно, что ты по этому поводу, думаешь и как сильно хочешь это оспорить. Я просто люблю тебя и все тут!В ответ, она покраснела и отвела взгляд, через кляп было трудно понять, но, кажется, ее губы искривились в легкую улыбку. Так что мое сердце чаще забилось от прилива чувств. Самое важное дело — сделано. Теперь, пора уже перестать откладывать это дело и заняться сексом.

Глава 14 Лоно Микасы

3.2 — Хмф… мфхф!… — промфыхыкала айдол сквозь кляп. Ее соски стали такими твердыми, что ими стекло можно резать, а безволосая киска вся мокрая от влаги, и на простыни, постеленной на диване, уже была заметно темное влажное пятно от разлитого любовного сока. Она то и дело смотрела на меня, стоящего в паре метрах от дивана. Ее глаза блестели от слез, и она двигала бедрами, словно пыталась что-то ими сжать, двигала она и верхней частью тела, из-за чего ее груди четвертого размера подпрыгивали словно желе, но сделать это было намного труднее, из-за связанных за спиной рук. Подойдя ближе, я встал на колени и поцеловал ее пупок, еще пару раз поцеловал плоский животик, в отличие от живота Саори, на ее пузике не выделялись мышцы пресса. Опустился ниже, пока не припал к источнику влаги, начав двигать языком и проникать внутрь. Она была такой горячей и голодной до плотских утех, так долго этого ждала, что сильное мычание через кляп тут-же заполнило комнату. Она то и дело дергалась, и то прижимала подбородок к груди приподнимая голову, то наоборот откидывала ее назад, ударяясь затылком о мягкий диван. Кляп уже был мокрым и полностью пропитался слюной, слезы текут по ее щекам, красным и горячим от прилившей к коже крови. Раздвинув ее ноги в сторону, и согнув их в коленях, я смог развести их в стороны, чтобы получить больше рабочей площади и продолжал двигать языком, чтобы доставить ей столь ожидаемое удовольствие. Когда ее тело дернулось от сильных конвульсий из-за сокращения мышц, я снова забрался на нее, уселся по привычке на ее бедра, придавив к мягкому дивану, и погладил ее щеку, стирая тонкую струйку слез, после чего опустил кляп.— Этого ты ждала? Получила, то, что хотела?Она не в силах ответить лишь кивнула, так что мы начали целоваться, нить слюны упала на ее груди, мне показалось хорошей идеей размазать капли ее слюны и слез по ее же грудям, чтобы они стали немного блестящими от отражения тусклого ночника, что я и сделал. Картина того, как ее груди отражали этот тонкий свет, благодаря тонкому слою влаги показалась мне завораживающе-красивой. Я аж с шумом сглотнул слюну, прежде чем начал целовать и лизать ее груди, уделяя особое внимание соскам, пока она, прикусив губу, лишенная кляпа, пыталась скрыть свои крики и стоны, стараясь не шуметь. Эта женщина просто восхитительна! Такое воплощение красоты, соблазнительности и извращенности, казалось, вообще не могло существовать в этом проклятом мире. Сам факт того, что я могу прикасаться к этой музе, уже казалось мечтой наяву. Захотелось ущипнуть себя, и убедиться, что я не сплю, но я не стал этого делать, а то вдруг я реально сплю? А такой сон хочется досмотреть до конца.Мы продолжили целоваться, потом я примерно минуту, игрался с ее ошейником. Красный кожаный собачий ошейник, на ее тонкой шейке — это магический предмет. Только люди обладающие системой могут его увидеть и вот так вот потрогать, а еще прикосновения к нему создают нечто вроде импульса удовольствия, что я понял из экспериментов в пустом классе, когда трогал цепочку от него, и сейчас, когда я прикасаюсь к холодной поверхности красной кожи, Микаса то и дело вскрикивала и дрыгала ногами и двигала бедрами, словно эти прикосновения проникали в нее. Приподнявшись, я поднял ее, обнимая, и прижимая к себе:— Ты лучшая, ты самая-самая лучшая и самая красивая — нежно прошептал я, крепко сжимая ее тело во объятьях.Она хмыкнула и слегка улыбнулась, прежде чем приблизила лицо и мы продолжили долгим и страстным поцелуем, ее язык проник мне в рот, и он был скользким от слюны и очень гладким, ее нежно-розовый язычок был одной из прекрасных черт ее тела, я пытался прижать его своим языком, но он был слишком уж вертким, так что я так и не смог его поймать. Зато когда мой язык оказался во рту у Микасы, она сжала губы, поймав его. Когда я удивленно вздрогнул, она только глупо захихикала.

*** Микаса сидела на диване, ее колени согнуты и разведены в стороны, так что ее бритая, лишенная волос киска хорошо видна, как и влажное пятно под ней, которое стало настолько большим от натекшего сока, что этого уже нельзя не замечать. Ее щеки и переносица стали розовыми, даже скорее красными от поднявшейся температуры тела, из-за сильного возбуждения. Руки связаны тканью за спиной, а розовые ореолы грудей и набухшие кончики отражают слабые блики настольной лампы. Ее шею немного слишком сильно сдавливал магический ошейник из красной кожи, напоминающий ремень. Я сунул под него палец и немного поправил, чтобы сидел ровнее, но прикосновения к этой волшебной штуке имели интересные воздействия, так что она вздрогнула или скорее дернулась, немного пошевелила бедрами, раздвигая согнутые в коленях ноги шире и тем самым привлекая мое внимание, к ее точке сборки. Она явно хотела уже начать, но я как дурак, слишком сильно увлекся прелюдией и это было удивительно, ведь я провел весь день, только ожидая вечера, когда смогу прийти к ней в гости и мы займемся сексом. Но прямо сейчас мне захотелось кое-чего намного сильнее, чем непосредственно войти в нее, а именно… я протянул руки, и обнял ее, сжимая в сильных объятиях и прижимая к себе. Провел виском по ее горячей красной щеке и поцеловал в милый носик.— Ты такая красивая сегодня…— Только сегодня? — с показной обидой уточнила она— Я уже жалею, что убрал кляп — парировал я, после чего легонько оттолкнул ее, заставив тело Микасы, упасть спиной на мягкую кровать и перевернул ее, из-за чего она оказалась вниз лицом. Она стояла на постели упираясь в нее коленями, из-за чего ее задница высоко задралась, а голова и груди упирались в поверхность кровати.Прикоснувшись к этой мягкой заднице обеими руками с раздвинутыми в стороны пальцами, я принялся мять эту мягкую и упругую часть айдола, словно это был увеличенный шарик антистресса, точнее два шарика. Ее точки подключения устройства из-за таких манипуляций расширились и стали более насыщенного розового цвета, от тепла моих рук и прилива крови, а ее киска снова начала сильно сочиться нектаром любви.— Может, уже начнем, а? Я люблю прилюдии, но…— Я этого целый день ждал, дай немного насладиться моментом — осадил я своевольную рабыню, продолжая получать наслаждения через пальцы от этой мягкой попки, если честно я уже давно должен был потерять самоконтроль, потому что стоит у меня колом, эта штука настолько твердая, что ей можно орехи колоть.Она что-то еще хотела сказать или снова возразить, но не успела, так как вместо слов из ее горла вырвался только резкий шумный вдох от втягиваемого в легкие большого объема воздуха, так как я вошел в нее, она была достаточно влажной и мокрой, так что огромный штырь поместился в ее тело почти мгновенно и без лишних проблем, но это было резко даже для меня самого, так что мои бедра сжались, и я навалился на нее сверху. Она снова приоткрыла рот, чтобы издать долгий протяжный стон, но в итоге не смогла сделать этого и только глупо, по рыбьи приоткрыла рот и ничего не произнесла, я же продолжал вторгаться в ее лоно, раз за разом, понемногу наращивая темп, двигался медленно, но сильно, входя на всю длину, словно не мог насытиться ее телом.Одной ладонью я взялся за ее животик, приподнимая ее тело выше, второй коснулся шеи, проведя пальцами по поверхности ошейника, из-за чего в ее мозг поступили новые сигналы удовольствия, и когда она снова приоткрыла рот, чтобы ее стоны вышли наружу, я сунул ей в рот пару пальцев, которые тут-же стали мокрыми и горячими от слюны, которая начала стекать по подбородку девушки.— Давай, достанем эту штуку — произнес я, не сбавляя скорость движения бедер, не уточняя о какой штуке, идет речь и Микаса ошибочно подумала о другом, что лишь развеселило меня, ведь было приятно, что такая красотка не желает разрывать наш союз. Но я говорил не о члене, а об ее магическом девайсе, у которого нашлась новая любопытная функция.Убрав ладонь от ее живота, я коснулся металлического кольца на ее ошейнике и вытянул цепь, наматывая ее на руку, чтобы держать ее, каждое прикосновение к магической цепи было приятно для этой рабыни, а уж когда я намотал цепь на кулак и потянул ее вверх, приподнимая ее голову, у нее и вовсе закатились глаза и вот-вот могла пена из рта пойти. Слишком много удовольствия сразу для обычного человека, надо быть аккуратнее, а то она привыкнет к такому.Перевернув, точнее повалив ее на бок, я прикоснулся рукой с намотанным поводком к ее животу, а вторую высунул из ее рта, дав Микасе возможность нормально дышать, из-за чего слюна потекла по ее губам и подбородку и заляпала влажными пятнами подушку, все это время я продолжал входить в нее, не давая бедняжке и секунды передышки. Мокрыми от ее слюны пальцами я принялся лапать ее грудь, сжимая один из сосков, так как не знал, чем мне еще заняться. Она лежала на боку, так что приподняла ногу вверх сгибая ее в колене, так что под таким углом проникновение казалось более глубоким и более простым. Мысленно я поблагодарил ее за заботу о моем удобстве, и принялся за дело с удвоенной силой.— Да, да! Еще! Давай сильнее! Ну не тупи, давай еще глубже! — подгоняла меня Микаса, вскоре ее слова стали совершенно неразборчивы и состояли из одних только влажных стонов и бульканий, я уже был на финишной прямой и чувствовал приближение оргазма. В глазах все начало темнеть, потом ударила резкая вспышка по сетчатке и все наполнилось белым светом, зрение через секунду вернулось, но перед глазами все начало качаться, словно я на корабле в момент шторма. Все это из-за резкого перепада давления в крови, а потом наступил момент абсолютного блаженства…Откинувшись я перевалился на спину и тяжело дышал, не способный ничего сказать и даже внятно о чем-либо подумать. Микаса, чье лоно было заполнено спермой легла мне на грудь и так же с огромным трудом пыталась успокоить сильное сердцебиение и нормализовать дыхание.— Этого… этого стоило ждать весь день, да? — спросил я и едва произнес эти слова, как словно мои внутренности вздрогнули, будто моя кровь застыла в жилах и я глупо захихикал, это прошло так же быстро, как и возникло.— Определенно… — она, тяжело дыша, смогла произнести только это слова и устало закрыла глаза.Так мы и уснули, очнулся я только примерно через два часа, когда понял, что уже ночь и мне пора собираться домой.— Можешь остаться, поспи тут — предложила она, не вылезая из постели и закутываясь в одеяло, пока я одевался и собирался идти домой.— Нет, не могу. Я никого не предупредил, что задержусь. Могут начать волноваться. Юлия слишком меня опекает в последнее время. Хотя это приятная забота… ой… — я понял, что обсуждаю другую женщину, когда в постели лежит та, с кем я еще не так давно делил постель. Но она и бровью не повела, услышав это.— Просто позвони и скажи, что останешься — снова предложила она.Я задумался на секунду над предложением, но отверг эту мысль, продолжив собираться. А стоило бы остаться. Кто же знал, что возвращаясь, я подвернусь нападению? Я вот не знал, и все могло обернуться очень и очень скверно…

Глава 15 Нападение сталкера

4.1

Когда я уже возвращался домой и подходил к дому, услышал быстрые, но легкие шаги. Я начал поворачивать голову в сторону источника звука, как нечто острое пронзило мне сердце. Кухонный нож, на славу заточенный оказался у меня в спине. Удар прошелся между лопаток, мгновенно пронзив сердце, на этом моя исторяи могла бы и закончиться, но…

— Тайная техника ниндзя — техника замены — пафосно пояснил я.

Мое пронзенное тело в момент удара было заменено теневым клоном, который (видимо) ради комедийного эффекта превратился в полено.

Незадачливый убийца в спортивном костюме и дождевике поверх него, закрывающий лицо длинным черным капюшоном тупо уставился на кусок деревяшки которую только что проткнул и махнув рукой стряхнул деревянный брусок, готовя оружие к продолжению боя.

— Томоко, я полагаю?

Убийца, было двинулся ко мне, но услышав это имя — остановился.

— Я угадал? Это был удар на удачу. Просто, ты — единственный новый персонаж, который недавно появился, так что назовем это — условности жанра.

Я улыбался и выглядел спокойно и расслабленно, но внутри меня сковал холод. Я сейчас мог и умереть! Если бы не сверхполезная абилка, которая уже второй раз спасает мне жизнь, за этот год, я бы уже отправился на тот свет. Просто чудо, что я успел поменяться местами с тенью за мгновение до удара. Буквально мгновение, так как на моей спине была неглубокая царапина от кончика ножа. И я не смогу повторить этот трюк снова в ближайшее время, а убийца судя по всему не желает все прекратить и разойтись миром. Она настроена серьезно. Это явно женщина, судя по явно выделяющейся немалых объемов груди и хрупкому телосложению. Но ее умение владеть ножом нельзя сбрасывать со счетов. Да и Саори не раз доказывала, что хрупкая на вид женщина может навешать люлей.

— Слушай, я понимаю — все дело в Микасе, так? Ты еще один сталкер. Ты уже третья из тех, что пытаются меня убить. Чего вас на Микасе всех переклинило? Она какие-то феромоны излучает, приманивающие психопатов? Может, она медом намазана? Нет, ну одно место у нее точно сочиться нектаром, и ты точно хочешь прильнуть к источнику, угадал? Так я не ревнивый. Могу поделиться. Давай так — по четным она будет твоей, а по нечетным моя очередь? Как тебе предложение? — я тупо тянул время, не зная, что еще делать, так что нес всякую чушь, но в руке уже держал призванный теневой кинжал. Еще бы найти удобный момент, чтобы швырнуть его в глотку этой гадины. Да-да, она наверняка под контролем разума, все как обычно в этой истории, но она слишком буйная и не дастся так просто, а быть джентльменом с фурией — это роскошь, на которую я пойти не готов. Надо просто продолжать болтать всякий вздор, и она точно взбеситься, и потеряет концентрацию.

— Заткнись! — раздался рев, убийца скинула капюшон закрывающий лицо, и да, я угадал — Томоко, собственной персоной.

Она бросилась вперед, так что я метнул ей на встречу теневой кинжал, она отбила его на бегу ножом, под звяканье кинжала, она ускорила бег, бросаясь вперед. Я тут же призвал второй кинжал и заблокировал удар, когда получил пинок по колену и упал на одно колено, остановив падение на землю выставленной ладонью, во второй я все еще держал оружие. Она высоко занесла нож для атаки, явно надеясь вонзить мне лезвие в заднюю часть шеи, по самую рукоять. Я с трудом, огромным трудом, подавил в себе идиотское желание закрываться от удара руками, так как это было бы бесполезной затеей, и вместо этого просто бросился в бок и перекатился пор земле, вставая на ноги. Она промазала, проткнув воздух там, где я находился секунду назад, но резким выпадом махнула ножом в мою сторону. Снова звякнула сталь, она бросилась, вперед нанеся еще несколько ударов, и я почувствовал сильное жжение в боку. Она все-таки достала меня. Рана была видимо серьезной, так как голова начала сильно кружиться, и перед глазами появились темные пятна, а одежда мгновенно стала влажной и горячей от крови.