Шрифт:
— Простите, у меня ещё нет доступа к королевской библиотеке, — тут же опустил он глаза.
— Ты мой новый слуга, верно?
— Да, ваше высочество.
— А где Найрае?
— Понятия не имею, кто это.
— Свободен, — вздохнул я.
Хорошо, что наблюдатель мой не заходил и мы смогли поговорить спокойно. Я же отнёс вторую порцию в ванную, чтобы Этриан тоже поел.
— Ты ничего не боишься, — хмыкнул он.
— Я считай домой вернулся, чего мне переживать? Ты лучше скажи, когда всё вскроется, станешь моим личным слугой? А то ко мне какого-то парня приставили…
— Заплетать тебе волосы и носить грязное бельё? — он неожиданно рассмеялся. — Нет, конечно! Ладно ещё в походных условиях, но вообще у меня иная специализация. Телохранитель? — он пожал плечами. — Могу ещё помочь практике на мечах.
— Это неплохая идея. Мне уже не терпится посмотреть на рожу Ларгоса, когда он всё поймёт, — я потёр ладони в предвкушении.
— Аккуратней смотри, мало ли на что он способен.
— А ты мне на что? — улыбнулся я.
— И то верно, — как-то устало вздохнул он.
Разговор был закончен и я вернулся в комнату. Следовало подумать о своём поведении и том, что просить у отца. Что делать со старшим братом, я уже знал.
Глава 9
Интерлюдия
Огромный зал был полон эльфов в дорогих одеждах. Сводчатый потолок высотой пятнадцать метров имел посередине второй свет в кругу. К нему тянулись декоративные лианы насыщенного зелёного цвета. Несмотря на размеры помещения, колонн не было — только эльфы могли так строить. А дальние углы помещения освещал мягкий свет артефактов.
Стены пересекали два этажа балконов, к которым вели четыре лестницы. Здесь же находились широкие витражные окна с изображением богов, а также выходы на внешние балконы.
На втором этаже располагалась ложа с музыкантами. Она была расположена так, чтобы акустические эффекты распространялась без магии по всему залу. Звуки флейты, скрипки, гуциня и других инструментов сплетались в спокойную, но не скучную мелодию, которая создавала праздничное настроение. Голоса гостей дворца не могли её перебить.
Ларгос чувствовал себя в своей стихии: он знал фактически каждого, а в особенности как на них можно надавить в случае необходимости. Довольно полезная информация для того, кто рано или поздно станет королём.
Нет, кронпринц не желал смерти своему отцу, более того, он любил его и считал политику правильной, пусть и немного мягковатой. Ларгос понимал, что власть тяжёлая ноша и взваливать её на свои плечи не торопился, хоть и предвкушал этот момент. Всему своё время, у него и так достаточно развязаны руки и полно дел.
Хорошее настроение кронпринца тут же ухудшилось, а между бровями пролегла складка, когда он посмотрел на тронное возвышение — там находились места для всех членов королевской семьи. Актёр нагло смотрел в глаза Калдиру и улыбался, совсем не таким должно быть его поведение. Здоровый румянец вместо болезненной бледности, блеск в глазах вместо понурова взгляда в пол.
Пальцы крепче сжали бокал, когда лицедей засмеялся, на что отец тепло улыбнулся.
«Он что, совсем рехнулся там в одиночестве за эти два дня?!» — возмутился про себя кронпринц.
Желая держать ситуацию под контролем, Ларгос поспешил к «родственникам». До него долетели обрывки разговора, что заставили удивиться.
— … просто учился, — Лжеадмир пожал плечами. — Говорю же, дворца толком и не видел.
— И чему же тебя обучали? — в голосе отца чувствовалась озабоченность.
— Магии, самой обычной, — улыбнулся паренёк, после чего поспешил добавить: — Не волнуйся, ничего колдовского!
— Как ты это можешь знать наверняка? — покачал головой Калдир.
Актёр будто растерялся, но всё же ответил:
— Просто знаю…
Конечно, ему сообщили о судьбе Адмира, а на ходу можно придумать что угодно. Да вот только не такую чушь, будто его обучали в Ксилтаре! Но всё же лучше, чем позорная связь с Ширейлином.
— Братец, — прервал кронпринц их разговор, — смотрю, тебе стало лучше. Очень рад.
— А как я рад! Не поверишь! — нагло улыбался тот, отчего Ларгоса передёрнуло. Раньше он всегда чувствовал нотки страха и послушания в поведении нанятого актёра, но сейчас их не было.
Кронпринц потёр пальцами кольцо на левой руке, но оно было всё таким же прохладным.