Есть еще большое общежитие для учащихся, самый такой малинник для маньяка и еще какая-то общеобразовательная школа за технарем, напротив столовой для учащихся.

С биноклем подходы к общаге я смогу издалека рассмотреть, территория вокруг именно этого старого здания хорошо заросла, деревья уже все в листве. Поэтому могу просто забраться в кусты и оттуда наблюдать, если меня никто не заметит в этом момент.

Однако, решил все же пойти прямо в общежитие, поэтому достал конверт и написал на нем: Чикатило А. Р.

На проходной сразу же подошел к вахтерше и разглядев первый этаж, что маньяка нигде не видно в коридорах, спросил про него.

Бабка уже успела рявкнуть на меня, что я тут шляюсь, с ярко выраженным таким южно-русским акцентом.

— Здесь такой проживает? Меня к нему послали от директора техникума.

Хорошая отмазка с переводом стрелок сразу на начальство, тут уже меня так просто не прогонишь.

— А, Андрей Романович! Да, здесь, — пожилая бабуля завозилась, вспоминая, когда она видела последний раз Чикатило.

— Вышел куда-то, наверно, в учебный корпус. А тебе чего надо?

— Передайте ему пожалуйста письмо, — и я отдал пустой конверт вахтерше.

Потом задал еще один вопрос: — А кем Андрей Романович здесь работает?

Вахтерша положила конверт на стойку своей будочки и недовольно буркнула:

— Учителем русского языка. И литературы.

Ага, ну точно он, закончил же в прошлом заочно институт как раз по специальности «русский язык и литература».

Я быстренько ушел, не собираясь испытывать терпение вахтерши, видно, что и так скандальная бабка не прогнала меня из общежития для взрослых и ответила на вопросы только из-за показанного вовремя конверта и упоминания распоряжения самого товарища директора.

Вот Чикатило удивится пустому конверту, примет еще за «черную метку».

Однако, мне определиться с его местом проживания и статусом тут необходимо, для этого и пошел на такое.

Если он тут учитель, это значит, что привязан к урокам серьезно, а по вечерам свободен. Так бы мог работать снова снабженцем при технаре и пропадать где-то по области на своем «Москвиче», приезжать поздно к общаге. Учителя прихватить гораздо труднее, это дежурить придется постоянно около общежития, ждать когда он куда-то выйдет.

Занятия могут закончиться скоро, время уже к пол-третьего и мне лучше никуда не уходить далеко, чтобы лично идентифицировать лицо Чикатило. Я смутно помню его рожу по фотографиям в клетке, сейчас он может по другому выглядеть, еще за семь лет до поимки.

Ушел в сторону от общежития и сразу нарвался на сильный толчок плечом от одного из встречных парней, но не стал ничего ему говорить. Однако, он догнал меня сам:

— Эй, пацанчик! Ты чего такой борзый? — и пытается за руку меня прихватить, однако я не даюсь и стараюсь уйти от него за ближайший куст.

Пара его приятелей прошла мимо, остановилась и теперь ждет, что будет дальше.

— Я ваш новый комсорг курса. Директор попросил меня ознакомиться с территорией и найти кого-то первым кандидатом на отчисление, — пытаюсь я испугать смуглого коренастого парня тем, что он связывается с одним из основных представителей кое-какой советской власти.

Жаль, но номер не прошел. Зато я уже шагнул за куст, прикрывающий меня от остальных зрителей, пока выговаривал свой длинный монолог.

— Чего ты гонишь? Дурака нашел? Наших комсомольцев я знаю, а тебя вижу первый раз! — не отстает меня парень и поднимает ставки.

Черт, они все такие смуглые на лицо, хорошо загорелые, а моя бледная фиолетовая питерская физиономия разительно отличается не в лучшую сторону от аборигенов.

Парень схватил меня довольно нагло за рюкзак, похоже, что он ему здорово приглянулся своей фирменностью.

Да, если бы я надел свои кроссовки «Адидас-Москва», мне бы сегодня босота вообще прохода не давала, но и на рюкзак нашелся желающий. Намечается обычный гоп-стоп заехавшего не в то место и не в то время приезжего, как я понимаю.

Ну, делать нечего и я резко вбиваю крепышу кулак в подбородок, внезапно развернувшись и придав ему хорошее ускорение. Попадаю чисто, рука немного уже пристреляна, парень падает на колени. Хотелось ему добавить еще ногой по роже, чтобы вырубить надолго, но я себя сдержал. Один раз ударил и хватит пока.

Обошел его, поправил лямку рюкзака и столкнулся лицом к лицу с его приятелями.

— А где? — ошарашенно спросили они, не ожидая встретить меня так одного сейчас.

— Там, — указал я за спину и отправился обратно к общаге.