Она должна поцеловать каждого из них, прежде чем они позволят ей уйти.

Я замечаю, как все школьницы пялятся на парней, а все школьники пялятся на машины.

У меня такое чувство, что Джейми будет очень популярна.

Мы все едем в детский сад, и Дэнни начинает подпрыгивать на своём кресле.

— Моя очередь! — взвизгивает она от возбуждения.

Я выхожу и отстегиваю Дэнни от её кресла. Она прыгает в мои объятия и прижимается влажным поцелуем к моим губам.

— Я люблю тебя, мамочка.

Я едва успеваю впитать тепло этих слов, как она уже начинает извиваться в моих руках.

— Я люблю тебя, Дэнни, — говорю я, начиная смеяться.

— Я знаю. Отпусти меня сейчас же, — требует она.

Я смеюсь, когда опускаю её на землю, и она обегает машину.

Все парни присели на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне с её.

Она начинает покрывать их щеки поцелуями.

— Люблю тебя, дядя Маркус. Люблю тебя, дядя Джакс. Люблю тебя, дядя Логи. Люблю тебя, дядя Ледж, — она упирает кулаки в бока и делает глубокий вдох. — Это тяжёлая работа — любить вас всех.

Я плачу и смеюсь одновременно.

Картер берёт Дэни на руки, и мы ведём её к зданию. Она целует его в щёку и шепчет:

— Я люблю тебя, папочка.

Он крепче прижимает к себе нашу дочь, целует её в пухлую щечку и шепчет:

— Я люблю тебя больше всех, папина принцесса.

***

Я просыпаюсь от того, что его рука обвивается вокруг меня. Он тащит меня на свою сторону кровати, прижимая спиной к своей груди. Картер зарывается лицом в мои волосы, и я слышу, как он вдыхает мой запах.

— Ты всё ещё пахнешь раздавленными яблоками, — шепчет он. — Ты дополняешь меня, Делла. Без тебя и девочек моя жизнь не имела бы смысла.

От его слов у меня в горле образуется комок, который я пытаюсь проглотить.

— Ты мне очень нравишься, Делла Трумэн, — говорит он.

— Ты мне тоже нравишься, — шепчу я.

Его губы движутся вниз по моему лицу, и когда он достигает моей челюсти, то говорит:

— Я люблю тебя, Делла Хейз.

Я слегка поворачиваю лицо, пока не чувствую его дыхание уголком рта, и время замирает.

— Ты мать моего ребёнка, моя возлюбленная, мой лучший друг, но я отчаянно хочу, чтобы ты стала моей женой.

Я улыбаюсь ему сквозь слёзы.

— Ты отец обоих моих детей, — он слегка хмурится. — Нашей четырёхлетней дочери и нашего ещё нерождённого ребёнка, которому сейчас десять недель.

Неожиданно он резко входит в меня, а его рот сминает мой. Мы оба ахаем от резкого толчка, а затем он вновь крепко целует меня. В его движениях сквозит голодное отчаяние. Его язык погружается в мой рот. Такое чувство, что он собирается проглотить меня.

Я пытаюсь поднести руку к его лицу, но он хватает меня за запястье и прижимает мою руку к подушке. Ложиться сверху, я быстро раздвигаю ноги, чтобы дать ему больше свободы.

Картер властный и напористый, и это лишает меня всякого здравого смысла.

Он сбрасывает покрывала, и они падают на пол. Мужчина стягивает трусики с моих ног, и когда с ними покончено, его рот накрывает мою киску, и он начинает пожирать меня, пока я не превращаюсь в нечто бьющееся в конвульсиях и молящее об освобождении.

Всё в нем первобытно.

Он засовывает в меня два пальца, и я хватаю его за волосы, пока он продолжает сосать и буквально вылизывать меня. Приподнимая бёдра, я придвигаюсь ближе к нему, не в силах удержаться от того, чтобы не прижаться к нему.

Я хочу чувствовать его руки на себе, когда он грубо трахает меня.

Он резко высовывает из меня свои пальцы, и я чувствую, как он спускает штаны.

Картер заставляет меня чувствовать себя бесценной, и в его мире, где он может купить всё, что пожелает его сердце, это говорит о многом.

Его рука накрывает мою правую грудь, и он сильно сжимает её, пока его пальцы не впиваются в мою кожу. Смесь боли и удовольствия заставляет меня сжиматься от желания.

Он стягивает штаны ещё ниже на свои мощные бёдра. Мой взгляд останавливается на его члене. Он огромный и толстый, и я не могу дождаться, когда он окажется внутри меня.

Мужские пальцы впиваются в мои бёдра, и он раздвигает мои ноги. Я упиваюсь его видом, когда он толкается в меня.

Картер просовывает руки под мою задницу и раздвигает ягодицы, открывая меня так широко, как только возможно. Он выходит из меня, и кожа туго натягивается на его члене.