Эриху и Руджеро я, при всех своих иногда возникавших претензиях, был все-таки безмерно признателен и поэтому разрешил им слегка потискать меня и потереться носами о мою морду. А плачущую Хельгу, к которой у меня не было никаких претензий, я даже несколько раз лизнул в щеку, успев перехватить ревнивый взгляд Тани Кох.

– - Вы тоже в Грюнвальд, Фолькмар?
– - спросил фон Тифенбах уже у машины.

– - Нет, Фридрих, -- ответил профессор.
– - Мы с фрау Кох должны обязательно быть в клинике. У нас вчера был тяжелый операционный день, и сегодня мне нужно посмотреть парочку наших больных.

– - Не занимайте вечер, -- сказал фон Тифенбах и раскрыл передо мной дверцу своего "Роллс-Ройса".
– - И не отпускайте фрау Кох. Вполне вероятно, что у меня возникнет одно забавное предложение на вечер. Где вас искать?

– - Клиника, автомобиль, дом... Все три мои номера есть в вашей волшебной трубочке.

Профессор помахал мне рукой, а с Таней мы просто расцеловались. Я даже успел спросить ее на ухо:

– - У тебя так все серьезно с фон Дейном?

– - А черт его знает...
– - ответила она.
– - Пока, вроде, да. Ты наворожил, что ли?

– - Нет. Этого я не умею. Тут я абсолютно ни при чем, -- сказал я и прыгнул на кожаное переднее сидение "Роллс-Ройса".

Интересно, можно ли от Мюнхена до Санкт-Петербурга доехать на "Роллс-Ройсе" без парохода? Просто по суше...

– - Я могу обращаться к вам на "ты"?
– - спросил меня фон Тифенбах, как только мы отъехали от Шредеровских ворот.

– - Да, конечно!
– - сказал я.
– - Только на "ты". А мне как быть?

– - То есть?..
– - не понял он.

– - Ну, как я должен к вам обращаться?

– - Ну, если я тебе говорю "ты", то, как ты должен обращаться ко мне? Естественно, тоже на "ты" и по имени. "Фридрих" -- и все! Да, кстати... В этом умилительно фальшивом документе, который мне передал синьор Манфреди, стоят два твоих имени -- "Мартин" и "Кися". А на самом деле?

– - Это единственные два слова правды, напечатанные в этой бумаге. И то с ошибками. Не "Мартин" и "Киса", а "МартЫн" и "КЫся".

– - Мар-тЫ-иин... с трудом попробовал выговорить Фридрих и тут же отказался от дальнейших усилий.
– - Нет! Это мне просто не по возрасту. А нельзя ли мне называть тебя "Мбртин"?

– - Нет, -- решительно сказал я.
– - Тогда попробуй -- "КЫ-ся"... Это такое простонародное имя. И, пожалуйста, смотри на дорогу. Мы сейчас чуть не врезались в стоящий автобус...

– - Ах, прости меня, ради Бога! Как ты сказал? Повтори еще раз.

– - КЫ-ся.

– - КЫ-ися... Так?

– - Ну, почти так, -- пожалел я его.
– - Попробуй еще раз. Без "и".

– - Кы-ся... Кы-ся... Кы-ся!..

– - Гениально!
– - сказал я.
– - А теперь не делай паузу между "Кы" и "ся". Попробуй сказать слитно -- "Кыся"...

– - КЫСЯ!
– - превосходно выговорил Фридрих фон Тифенбах.

– - Блеск!
– - восхитился я.
– - В качестве комплимента могу сообщить тебе, что даже в России трудно найти образованного и интеллигентного Человека, который с легкостью произносил бы русские слова или названия на полуграмотном общенародном диалекте. Матерными ругательствами все овладели в совершенстве, а вот подлинное просторечие -- не дается! Все какая-то анекдотичная стилизация. Порой это так раздражает...

– - Как у нас в Баварии!
– - подхватил Фридрих.

– - Возможно, -- согласился я.
– - Я не так много сталкивался с баварцами.

– - А, вообще, откуда ты так знаешь языки?

– - Я их не знаю, -- признался я.

– - То есть как это?!
– - поразился фон Тифенбах.
– - А как же мы с тобой разговариваем?! Я же не говорю по-русски!

– - Телепатия, -- сказал я.
– - Мы с тобой случайно и счастливо оказались настренными на одну ВОЛНУ. Отсюда и телепатический КОНТАКТ. Большинство Людей и Животных об этом понятия не имеет!

Вот тут-то я ему и поведал о теории английского доктора биологии Ричарда Шелдрейса, о замечательном ученом Конраде Лоренце, и взял с него слово завтра же достать эти книги и прочитать их самым внимательным образом! Попутно, конечно, рассказал о Шуре Плоткине...

И почти до самого Грюнвальда мы занимались тем, что Фридрих говорил мне что-нибудь по-английски, а я ему толково отвечал по-своему. Потом он вдруг начинал говорить на французском языке, на итальянском, на испанском -- мне это было все до фени! Я чесал ему в ответ по-нашему, по-Шелдрейсовски, и он был в таком восторге, что мы несколько раз чуть не влипли в серьезные аварии...

Последнее время у нас в России почти по всем телевизионным каналам стали шпарить "зарубежку". Американские, английские, итальянские фильмы. В основном, американские.