Фрау Розенмайер на кухне готовила соус для омаров. Это такие гигантские раки, каждый величиной с небольшую Кошку. Живые - жуткие, черные, отвратительные, с чудовищными безжалостными клешнями. Я их вчера первый раз в жизни увидел - у меня чуть сердце от ужаса не остановилось!.. Вареные же омары - красные, вполне мирные, с очень миленьким рыбным запахом...

Баська еще вчера села в свой десятилетний задрипанный "фордик" и укатила на нем в Польшу, получив от Фридриха рождественский подарок - тысячу марок. Баська сейчас в Польше дом строит. Ей очень нужны деньги...

Францу Мозеру Фридрих вчера разрешил не приезжать с утра в Грюнвальд, а попросил появиться лишь на час только к шести вечера - помочь ему с Моникой подготовить рождественский фейерверк. А потом тоже сразу же уехать домой.

В этот день всех ждут дома семьи - дети, мужья, жены, родители, точно такие же приготовления к празднику, поэтому как только фрау Розенмайер все приготовит и разложит так "...как это умеет делать только она!.." она спокойно может ехать домой, не забыв забрать рождественский подарок от благодарного ей Фридриха фон Тифенбаха.

То же касается и герра Лемке с его коллегой - только елка! И еще цветы... И все! И вот вам подарки к Рождеству!

А на стол Фридрих фон Тифенбах при помощи двух дам - Тани Кох и Моники - все накроет сам. Это он ужасно любит делать с детства! Так что, мои дорогие дамы и господа - вы свободны и дай Бог вам всем счастья! Вы этого достойны!

В предпраздничной суматохе мне забыли дать пожрать. Пришлось даже наорать на фрау Розенмайер! Правда, я это сделал так, чтобы никто, кроме нее, моего хриплого мява не слышал. Компрометировать Человека в такой день - последнее дело. Ни в какой день этого делать нельзя, а в такой особенно.

Уж как она расстроилась! Так сожалела о своей забывчивости, что мгновенно бросила в электрическую печку (называется "Микровелле") огромную замороженую форелищу. И та через три минуты была уже мягкой, в меру теплой, и такой вкусной, что я простил фрау Розенмайер все на свете и даже потерся о ее ноги своей рожей. Не так чтобы очень, но... Как цитировал Шура кого-то из английских королей: "Ничто не стоит нам так дешево и ничто не ценится нами так дорого, - как вежливость..."

К двенадцати часам дня мы с Фридрихом, наконец, слава Богу, остались совсем одни в нашем огромном и прекрасном доме. К приему гостей было все приготовлено, и у нас оставалась еще уйма времени, чтобы привести себя в порядок и отдохнуть перед началом Рождественских торжеств.

Я подумал, что, пока не раздался телефонный звонок от Гельмута Хартманна с сообщением, что "ЕГО АВТОМОБИЛЬ ОПЯТЬ НЕ ЗАВОДИТСЯ", - волноваться мне нечего, и у меня есть в запасе пара часов для болтовни с Фридрихом.

Тема сегодняшнего разговора должна была быть продолжением вчерашней прерванной темы - почему Коты и Кошки лучше Собак. И почему Собаки не любят Кошек и Котов? Еще вчера я пытался объяснить Фридриху, что Собаки подсознательно ощущают собственный комплекс неполноценности и дико завидуют независимым и гордым, свободным и не поддающимся дрессировке Котам и Кошкам! То есть Коты и Кошки поддаются дрессуре, но только тогда, когда этого хотят сами.

Я даже пытался провести аналогию с Человечеством. Те Собаки, которые ведут себя независимо и гордо как Коты - к Котам ненависти не испытывают... То же самое и с Людьми. Независимые и гордые - интернациональны! Им не нужно цепляться за пресловутое, пошло и искусственно выдуманное расовое, якобы, превосходство над другими нациями... А это судорожное цепляние за "превосходство своей расы" - от бездарности, от зажатости, отсутствия душевной широты, от постоянного ожидания пинка в зад!.. А Коты раскованны с детства. Они Любят, и их Любят. И в этой Любви они обретают Свободу!..

Мы как-то с Шурой Плоткиным говорили об этом. Кажется, после того антисемитского митинга у Казанского собора, когда даже меня "жидом" обозвали. В отношении Котов Люди очень часто заблуждаются.

Конрад Лоренц, великий Человек, написавший такую, с моей Котовой точки зрения, гениальную книгу, как "Человек находит друга", - и то ошибся, утверждая, что Коты привязаны не к Людям, а к Дому! Неверно это... Плевали Коты на все Дома в мире! Коту важно, что за Человек живет в этом Доме, рядом с этим Котом... Вот, что важно!

Только я было собрался с мыслями, чтобы продолжить этот разговор с Фридрихом - мне были очень интересны его соображения на этот счет, - как вдруг раздался стук в дверь гостиной!

Мы, свято уверенные, что пребываем в доме одни, потрясенно переглянулись, и я тут же вспрыгнул на камин, оттуда на высокий резной буфет, и занял максимально выгодную позицию для нападения.

Стук повторился.

– Да, да!.. Пожалуйста!
– удивленно крикнул Фридрих. Дверь в гостиную отворилась и вошел оранжерейно-парниковый "помощник" герра Лемке.