Кронос подходит ближе. Мне кажется, его ярость приняла новые обороты.

– Не волнуйся, – говорит он, поглаживая меня по щеке. – Ты встретишься со своей девушкой в аду.

Я должен был это предвидеть. Лезвие и конец моей жизни.

Кронос выставляет вперед кулак и вонзает лезвие в мой торс, прямо между ребер.

Боль, какую я еще никогда не испытывал, захлестывает меня, и на этот раз я выпускаю ее наружу вместе с криком, в ответ на который Кронос смеется. Моя кровь заливает рукоятку ножа и его ладонь. Мне кажется, будто лезвие, которым пронзили мое тело, раскалено. И все же я чувствую не огонь, а холод, будто мне больше никогда не будет тепло.

А потом Кронос вырывает кинжал из моего тела, и боль усиливается втрое. Оставив меня истекать кровью, Кронос уходит, закрывая за собой дверь, и в мерцающем свете флуоресцентной лампы я думаю только о том, сколько еще мне осталось. Не имея возможности сделать вдох, я чувствую подступающую тьму. Она манит и поджидает меня.

Внезапно дверь с грохотом распахивается, и я слышу чей-то возглас. Мне удается разглядеть вошедшего – мое и без того уставшее сердце замирает. В дверном проеме, словно ангел-мститель, стоит мой свет, но она пришла слишком поздно. Я падаю в темноту и знаю, что уже не смогу из нее выбраться.

Сейчас ночь, но, несмотря на то что до рассвета оставалось около часа, небо еще даже не начинало светлеть. Мы с Беном, скрытые от чужого взгляда, лежим на холме в высокой траве между деревьями и наблюдаем за часовней.

– Он держал тебя здесь?

Я смотрю на Бена, затем снова в бинокль ночного виденья.

– Да. В итоге он продал меня с аукциона тому, кто больше заплатил, а потом пытался убить меня.

– Свяжись с ними, – морщится Бен. – Пора.

– На позиции? – спрашиваю я, поднеся рацию ко рту.

– Я готова, – отвечает хриплым голосом Никс.

Бен кивает сам себе, а затем берет в руки дальнобойную винтовку. Он прицеливается и, не колеблясь, плавно нажимает на спусковой крючок. Я вижу отдачу оружия прямо в плечо Бена, а через долю секунды взрываются баллоны с пропаном, установленные в нескольких футах от часовни. Шум от взрыва оглушительный, но зрелище прекрасное. У меня перехватывает дыхание, когда баллоны взлетают вверх и превращаются в огромный огненный шар. В ту же секунду дверь часовни распахивается и кто-то выбегает наружу.

Бен перезаряжает оружие и следит в прицел за человеком, покинувшим часовню. Он производит очередной выстрел, и Титан падает замертво. Все это действие повторяется еще раз. Никс и Артемида должны были уже пробраться внутрь, поэтому я внимательно осматриваю другие входы и замираю.

– Кронос. – Я едва выговариваю его имя. – На одиннадцать часов.

Если Бен успеет выстрелить…

Но, когда Бен поворачивается в указанную мной сторону, становится слишком поздно. Выйдя из здания, Кронос тут же садится в машину, из-за чего Бен не успевает взять его на прицел. Задние красные фары автомобиля мерцают в темноте, и до нас доносится визг шин. Его машина трогается с места и быстро исчезает из виду.

– Пошли, – говорит Бен. – И, вскакивая, мы бежим, едва ли не скатываясь с холма.

Я раскидываю руки, боясь лишиться равновесия, но Бен, совершенно не выказывая страха, опережает меня и, добежав до подножия холма и горящих деревьев, которые пострадали от взрыва, распахивает дверь, через которую вышел Кронос. Через мгновение я догоняю парня, и мы заходим внутрь. Длинный коридор, в котором мы находимся, оказывается мне знаком, и я предполагаю, что именно по нему шла на аукцион, когда была заточена здесь. Только теперь он выкрашен в темный цвет и кажется более мрачным и тусклым.

Внезапно из-за угла появляется Титан. Услышав его крик, я не задумываясь поднимаю свое оружие и стреляю. Я знаю, что он убил бы нас, поэтому машинально нажимаю на спусковой крючок маленького пистолета и попадаю прямо в цель.

– Продолжай идти, – приказывает Бен, когда Титан сползает по дальней стене.

Перед тем как завернуть за угол, я бросаю взгляд на Титана, глаза которого еще открыты, но уже пусты. Пока мы ходим по коридорам-лабиринтам, мои пальцы то и дело дергаются, потому что мне не терпится включить рацию и узнать, где находятся Никс и Артемида и все ли с ними в порядке. До этого мы соблюдали радиомолчание, опасаясь выдать свои позиции, особенно в случае, если девушкам пришлось прятаться. Мы с Беном выполнили свою работу, выманив из часовни Титанов, а перед девушками стояла более сложная задача – найти Святого.

– Никс? – зову я, за что получаю от Бена локтем по ребрам.

– Я здесь, – раздается слабый ответ.

Я поднимаю бровь, глядя на кивающего Бена, и, пройдя вперед, торопливо спускаюсь по ступенькам в подвал. Я оказываюсь в другом, более узком коридоре, в который выходит Артемида и машет нам. После этого мы с Беном следуем за ней в одну из комнат, хотя точнее будет сказать, в одну из камер, в которой Никс стоит на коленях рядом с телом Святого. Он лежит на спине посередине камеры в луже крови и, судя по ране на его груди, алая жидкость принадлежала ему. Руки Святого вытянуты над головой. Они скованы наручниками, к которым прикреплена длинная цепь, свисающая с потолка. Должно быть, он был подвешен за запястья, а Никс, найдя его, опустила тело на пол.