Шрифт:
Ниша в стене была по-прежнему открыта. Но вместо кристалла в ней лежали лист бумаги и карандаш.
– Вот тебе и посопротивлялись, - подумал Авери.
Ему следовало бы догадаться, что они воспользуются кристаллом. Ведь это так просто.
Он взял бумагу и карандаш, сел за стол и прочитал вопросы. На сей раз не обычный тест на уровень интеллекта. На сей раз нечто гораздо более личное. К счастью, по большей части ответом служило "да" или "нет". Да и вопросов не так уж много.
– Верите ли вы в Бога, чья мораль может быть постигнута человеком?
Авери написал: "Нет".
– Верите ли вы, что цель оправдывает средства?
Он написал: "Иногда да, иногда нет".
– Хотите ли вы стать бессмертным?
Он написал: Нет.
– Как вам кажется: вы смелый, смелее прочих или трус?
Он написал: Трус.
– Оказалась ли для вас стрессовой ситуация, в которой вы сейчас находитесь?
Он написал: Не будьте идиотами.
– Готовы ли вы умереть за идею?
Он написал: Не знаю.
– Считаете ли вы, что человек выше животных?
Он написал: Кое в чем.
– У вас нормальная сексуальная потенция?
Он написал: Думаю, что да.
– Чего вы боитесь больнице всего?
Он написал: Безумия.
– Считаете ли вы, что войны могут быть оправданными?
Он написал: Иногда.
– Совершали ли вы когда-нибудь убийство?
"Ну и вопросик, - подумал Авери, - просто чудо!" Он написал: Думаю, что нет.
– Были ли вы когда-либо причиной смерти других людей?
Воображаемые лица трех безымянных летчиков всплыли перед его мысленным взором, и он написал: Да.
– Кого вы любите?
Чувствуя себя предателем, Авери написал: Самого себя.
Ну, вот и все. Он пробежал глазами ответы и положил бумагу в нишу. Через несколько секунд панель закрылась.
Подойдя к невозмутимой пишущей машинке, он напечатал:
– А теперь уберете вы эту проклятую стену или нет?
И тут же получил ответ:
– Очень скоро. Потерпите, пожалуйста.
Закурив, Авери принялся ходить взад-вперед по комнате. Ситуация становилась все более и более загадочной. И самое противное в том, что он полностью лишен инициативы. Они делали все, что хотели. И это Авери очень не нравилось.
Но если все-таки вернуться к вопросу, кто они такие: ответ... нет ответа... Он должен быть! Авери всем своим естеством чувствовал мысленный барьер, отделяющий здравый смысл, рациональное мышление от иррациональной убежденности. "Ну его к дьяволу, это рациональное мышление", - думал он. В подобной ситуации от здравого смысла ровным счетом никакого толку. Помочь способно только иррациональное... а может, и этого окажется недостаточно.
Ну, давай же! Давай, где она, эта твоя иррациональная убежденность, наполнившая твой мозг, словно вода перед запрудой.
– Они и не люди вовсе. Они - чертовы инопланетяне.
Слова взорвали гробовую тишину комнаты. Громоподобным эхом отразились от металлических стен.
И в этот миг, словно по сигналу, стена, отделявшая его от Барбары, исчезла. Только на сей раз на той стороне сидела не Барбара. Это была какая-то другая женщина...
Скорее, девушка. Каштановые волосы, большие испуганные глаза, круглое молодое лицо.
– А где Барбара?
– почти выкрикнул Авери.
– Кто ты такая?
Он не хотел кричать. Так получилось.
– Я... Я Мэри Дурвард... Я... Как вы сюда попали?
Она явно была очень напугана.
Глядя на нее, Авери внезапно вспомнил, что он небрит. Да и не умыт тоже. Он улыбнулся. Он должен был выглядеть довольно неприглядно, словно какой-нибудь мерзкий тип из третьесортного фильма ужасов. Черт, да это и был фильм ужасов. Почти.
– Совсем недавно, - пояснил он, - в камере рядом с моей находилась девушка по имени Барбара Майлз... По крайней мере, я думаю, что это была соседняя камера. Черт его разберет в этой тюрьме... Между прочим, меня зовут Ричард Авери.
Увидев, что он вовсе не такой уж страшный, каким поначалу показался, Мэри несколько приободрилась.
– Со мной произошло то же самое, - сказала она.
– Мужчину в соседней камере звали Том Саттон. Они... позволили нам поговорить. Затем настало время отвечать на новые вопросы, и нам пришлось расстаться.
Авери задумался.
– Давайте вместе попробуем разобраться в этой головоломке, предложил он.
– Где они тебя подобрали - Парк Кенсингтона или Гайд-Парк?
– Парк Кенсингтона, - изумленно ответила она.
– А как вы догадались?