И, наконец, вышли мы в нормальный космос на высокой звёздной номерной звезды, которая в скопление входила постольку-поскольку: до ближайшего звёздного соседа от неё был почти световой год. Отряд, естественно, сгрудился в рубке — интересно всем. И вот, буквально с ходу, Мозг демонстрирует нам, что в системе происходит если не бой, то, как минимум, преследование.

А именно, явный грузовоз с писками по всем каналам «спасите-помогите!» драпает от какого-то… странного судна. Сигнатуру которого Мозг распознавал ОЧЕНЬ примерно. А внешне — кибернетизированный частью металлических деталей здоровенный кристалл. Причём детали, вроде двигателя, сенсоров, шлюзовых выходов — стандартны. И присобачены на здоровенную шестигранную призму!

— Сллайши? — включил я мозги, после некоторого времени офигевания.

— Они самые, капитан, — ответил Кубик, растерянно покачиваясь. — Странно, среди них бывают преступники, но в группах на собственных кораблях — они обычно не агрессивны…

— С неопознанного судна идёт направленная трансляция на преследуемое судно, капитан! — вдруг сообщил Мозг. — Мне удалось декодировать отражённый сигнал.

— И молодец. А что там?

— Вывожу на динамик.

А из динамика, скрипучим и щёлкающим голосом, на понятном галакте, лился отборный мат. Часть которого я просто не понимал, но эта часть носила эмоциональный, а не информационный оттенок. Как раз ругань. И суть послания: сдавайтесь, нехорошие хомо, глушите двигатели, а то будет совсем и полностью плохо.

Преследуемые двигатели, как понятно, не глушили. В общем — в «стиле» Отряда Неудачников. Только что нам делать-то? И делать ли что-то?

А пока мы недоумённо обсуждали (Кубик, кстати, тоже недоумевал — совершенно нетипичное для минералоидов поведение, с его слов), ситуация с погоней изменилась. Причём иначе, как колдовством, увиденное я объяснить не могу, хотя Мозг объяснял это какими-то «пороговыми взаимодействиями». А именно: кристалл сллайш пролетал относительно недалеко от крупного астероида (или — небольшого планетоида, пара сотен метров в самом «длинном» месте бесформенная каменюка). Недалеко по космическим меркам, как понятно, так-то — десятки километров. И вдруг, не говоря ни хорошего, ни плохого слова, эта каменюка ускоряется по сложной траектории, в минуту догоняя грузовой корабль и размазывая его дюзы. Сам корабль, нужно отметить, уцелел и, судя по продолжающимся жалобным писком о помощи — не сильно пострадал. Но потерял ход и возможность его набирать до серьёзного ремонта, как понятно.

— А давайте выйдем на связь, — решился я. — Хоть поймём, что и как.

Возражать никто не стал. Но…

— Поганые воры!!! — взревел стучаще-скрипящий голос на наш вопрос в эфире. — Тоже решили поживиться на полях жизни?!! Ну так… — а дальше последовал непрекращающийся поток мата.

Попытки объясниться — ни к чему не привели. Торгаш пищал уже направлено, «спасите-помогите-в долгу не останемся!» в наш адрес. И, чтобы не было сомнений, в нашу сторону ОЧЕНЬ бодро чесал этот корабль кристалл, помахивая астероидом как дубиной.

— Блин, вот никогда такого не было… — не без иронии начал я.

— И вот опять! — с гоготом подхватил отряд бородатую шутку Идигена.

— Ладно, отряд. Готовимся. Кубик…

— Занимаю место шкипера. Должен сообщить, что противостояние с кораблём сллайш может оказаться опасным.

— Уйти не успеем? — решил я не геройствовать, потому что ситуация при всех прочих — дурацкая.

— Нет, капитан, — ответил Мозг. — Разворот и набор скорости для выхода в гиперпространство потребует орбитальной эволюции и времени. Они будут рядом с нами раньше.

— Ну и сами себе злобные булыжники, — заключил я. — Сллайш, мне похрен, что вы там себе думаете. Мы вам не мешали, вас не трогали. Но если ваше корыто приблизится к нам ближе трёх сотен километров — воспринимаем это как нападение и ответим.

На этом я связь отключил: этот булыжник бодро и неустанно матерился, не отреагировав на мои слова. А Мозг, тем временем, не радовал: Энерида удар каменюкой-астероидом выдержит. А вот гравикомпенсаторы, и, как следствие, отряд — совершенно не факт. То есть если минералоиды начнут гвоздить по Энериде своей каменной «дубиной» — не факт, что и Мозг уцелеет, а нам всем со второго-третьего удара точно конец.

Ну и сллайш приближался, пока мы меняли орбиту, и соблюдать «безопасную зону» явно не желал. Ну и хрен с ним, отдал я команду на огонь… и офигел. Потом ещё раз скомандовал — и офигел вторично. Излучатель Энериды, ультимативное оружие, просто… не пробивало кристалл. Он окутался облачками какой-то пыли, то ли от попадания, то ли за секунду до него, и в этой пыли жуткий все режущий луч… рассеивался.

— Это… хреново, — охарактеризовал ситуацию я.

— Абордаж? — деловито уточнил Самсон.

— Похоже, что да, — признал я. — На Дракончике мы от этого булыжника увернёмся, Энерида уцелеет, если что. В общем — готовимся, Отряд!

Параллельно с быстрой подготовкой к абордажу, я тряс Кубика и Мозг насчёт того, с чем нам придётся столкнуться. И вообще — придётся ли, потому что «защитная дымка», прикрывающая корабль сллайшей, реально напрягала. В результате, к моменту сбора отряда в Дракончике, имел я такие данные: