Или, по традиции Тумана, тратят на особое оружие? У них плохо с мечниками в наши дни, остался один или два пользователя «великих мечей». Думаю, какие-то мастера и остатки технологии их производства остались, и если приложить много ресурсов…

Мы же восстановили наследие Узумаки. Так почему не могут они? И более того, что сейчас происходит в Камне и Облаке? Насколько давно происходит? Ведь Хидан с Какузу напали на нас в начале изготовления номерных свитков, значит, потенциал был понятен уже тогда, раз приняли решение.

Будь я вражеским Каге, то начал бы разработку печати для хранения чакры не позднее чем через полгода после открытия лавки в Конохе, когда мы начали массово продавать боевые техники. И то, если разведка плохая, в чём я сомневаюсь: мы не прятались, наоборот, активно завлекали народ, чтобы получить больше чакры и денег.

Три года выходит. Не верю, что разработка контура-концентратора заняла больше одного, скорее всего – меньше. Но, в любом случае, если Ооноки или Эй не дураки, уже два года кто-то у них работает не покладая рук. Над чем? Кто знает? Например, наладить запечатывание аналогов номерных свитков где-нибудь на острове в океане вполне реально.

– Ах, Глаза Бога, – усмехнулась тем временем Мизукаге. – Как Учиха только их отдал? Говорят, они дарят потрясающие возможности.

– Если пересадить их вам, Теруми-сан, то спустя месяц вы станете инвалидом, несмотря на всю свою силу.

Она подняла бровь.

– Такие требовательные к пользователю?

– Чрезвычайно. Продолжим?

Она тяжело вздохнула, но кивнула, протягивая руку.

Ну да, нелегко женщине приходится. Зато за час закрыла оплату, пусть, в итоге, и еле стояла на ногах, побледнев, как полотно. А я довольно потёр ладони, вызвав завистливый стон:

– Узумаки монстры!

– На том стоим, Мизукаге-сан, – вежливо улыбнулся я. – Печати вам привезти сразу все или поставлять небольшими партиями по мере готовности?

– Партиями.

– Тогда до встречи. Было приятно пообщаться.

Перемещение, коррекция, и я упал на песок возле тренирующихся Карин и Хинаты, на которых с интересом смотрела Конан.

– Кто хочет поработать? У нас большой заказ от Тумана, чакры – завались! – воскликнул я.

Хината прервала вращение, которым перед этим отбивалась от Водяных Пуль, и, втягивая обратно неизрасходованную чакру, тихо спросила:

– Мне помочь?

– Конечно, Хината-тян! Будем развивать твою молнию!

Хиаши её отпустил. Почему – не знаю. Да, она станет сильной. Очень сильной. Плюс возможность породниться в будущем, если дети не передумают. Заставлять их никто не будет, если они рассорятся, когда повзрослеют. Но получить команду ликвидаторов от Камня или Облака мы можем, пусть и не сейчас.

Формально Узумаки вычеркнули из книг Бинго, что являлось одним из подпунктов договора, однако опасность остаётся. Но есть и польза, ведь Камень и Облако наверняка купят наши печати. Хотя бы чтобы подобрать защиту от самых популярных техник. Невыразимо жалко продавать любое изделие, но договор не выделяет будущих врагов отдельно.

Возвращаясь к Хинате, она на мой прямой вопрос: «Как так, почему отпустили?» – залилась краской и ответила: «Это не моя тайна, Узумаки-кун. Но ты рано или поздно узнаешь, обещаю».

Теперь у нас имеется команда из трёх генинов с формальным наставником в виде Нагато. Брат просит миссию, а то какая же команда без заданий? Я попросил Шисуи подкинуть что-нибудь в далёкой стране, как появится. Опасно, но, думаю, в ближайшие месяцы договор Деревень будет соблюдаться…

– Ты такой радостный, брат. Что, твою любимую технику купили?

– Ага! Много!

– Пф-ф-ф! Подумаешь.

– Вот когда придумаешь свою, Карин, тоже будешь гордиться, – фыркнул я.

Она обиженно скуксилась:

– Я сделала большую часть работы над Крыльями!

– Они не считаются, мы все трудились, а идея и вовсе моя.

– Не ссорьтесь, – вмешалась Хьюга, стоя между нами.

– А что он важничает? Подумаешь, технику изобрёл. И вообще это не техника молнии, он обманывает! Сам он даже название не придумал!

Я широко усмехнулся.

– Завидовать нехорошо, сестра.

– Р-р-р! Я выбью его самодовольство! Хината-тян, в сторону!

Белоглазая девочка отпрыгнула, а мне в лицо полетел кулачок Карин.

Лениво сдвинувшись, я пропустил его слева и отвесил сестре лёгкий подзатыльник. И, по-прежнему улыбаясь, ушёл от удара ногой.

Карин раздражённо прошипела, и на меня обрушился вихрь атак.

Блок, уворот, отход. Алый глаз и Риннеган сменили цвет и форму, знаменуя переход в Режим Мудреца. На что я хмыкнул, отключил утяжелители и поманил её выставленной вперёд ладонью.