– Жди десять минут, – велела она ему, помогая Мистической Ладонью чакре справиться с регенерацией.

Митараши напряглась, видя, как мужчина остался сидеть с закрытыми глазами. Ещё бы, это для нас он Нагато, к которому успели привыкнуть. А для неё он Пейн, глава Акацуки, которому вернули его оружие, перед этим ещё дав возможность усилиться и восстановиться.

Девушка-призрак растерянно смотрела на пустоту там, где раньше был зверь. На свиток, который я убрал в тубус на поясе, опять на зверя. Потом на кучу окруживших её красноволосых.

Я решил пояснить.

– Только не думай, будто ты выполнила свою миссию и можешь быть свободна в Чистом Мире. Мы тебя вытащим, Узумаки.

– Её зовут Хонока, – тихо добавил Аоба. – Вы, правда, считаете, что её реально оживить?

– Она настоящий призрак, неприкаянная душа. В другом случае бы не взялись.

Шиноби покачал головой, но молча отошёл в сторону, а Митараши поинтересовалась:

– А что с тварью делать будете?

– Посмотрим. Уничтожим, если использовать не получится.

– Сестрёнка, мы тебя спасём, даттебаё! Мама, долго там ещё?

– Уже всё, – тихо прошептал Нагато, поднимая веки.

Его чакра бурлила, щедрым потоком впитываясь в знакомые глаза. Он поморщился от боли, но легко встал с камня и похрустел шеей.

– Держитесь ближе, моих запасов в печати может не хватить на финальный отрезок.

Сложив руками знак концентрации, он тихо прошептал:

– Путь Нараки. Призыв короля Ада.

В паре метров появилось что-то непонятное, ощущаемое в природной энергии. А следом проявилась голова странного существа с Риннеганами в глазницах, в шапке с кандзи “король” и в куртке с высоким воротником. Запас сил Нагато упал вниз, но не так сильно, и он скомандовал:

– Поместите останки ему в рот.

Мы с Наруто быстро выполнили требуемое, и пасть существа закрылась. Чакра Нагато хлынула потоком, и Наруто положил ему руку на плечо. Потом к ним присоединилась Юмико, Карин и я.

Отток прекратился. Демон открыл пасть и высунул язык, на котором лежало полностью целое тело, даже в восстановленной одежде. После чего призыв исчез.

Призрак приблизился к телу и встал рядом на колени, с надеждой смотря на нас. Нагато, пошатываясь, подошёл к ней и произнёс:

– Путь Человека.

Поднял ладонь и толкнул призрака в лежащее тело. А подошедшая мама положила руку сверху на живот, проверяя состояние девушки.

– Она очнётся, когда душа привыкнет, – отчитался Нагато. – А я, пожалуй, передохну…

Бывший Акацуки, покачнувшись, уселся на пол и, прислонившись спиной к стене, задремал. Мама погрузила его глубже в сон и удалила один глаз, вернув его мне, а второй, серый, пересадив Наруто.

Устали все страшно. Поэтому, вяло попрощавшись с Гаем, переместились домой, разместив новенькую в гостевой спальне. Нагато пришлось занести домой мне, как самому здоровому. И перед тем, как голова коснулась подушки, я в очередной раз подивился безумному миру вокруг. Воскрешение мёртвых – это ведь совсем за гранью…

Хонока пришла в себя к обеду нового дня. Спустилась вниз в маминой футболке и шортах. Окинув чёрными глазами кухню, она остановилась у огромной рисоварки, откуда до сих пор шёл пар. Рядом лежало три исходящих соком курицы, соусы, вчерашняя разогретая говядина, овощи. Громкое урчание в животе заставило девушку покраснеть, а Наруто с широкой улыбкой воскликнул:

– Присоединяйся, сестрёнка!

– С-а-бо, – попыталась поблагодарить она.

Ещё сильнее покраснела, поняв, что отучилась говорить, и просто глубоко поклонилась, застыв на десяток секунд.

– Узумаки должны помогать друг-другу, сестрёнка. Нас слишком мало!

– Не доставай девушку, брат, – проворчала подошедшая Карин. – Ей ещё выздоравливать, чакры, как в котёнке.

Ну да, относительно подавляющих объёмов сестры так и есть. Только вот я не уверен, будто резерв у девушки изначально особо большой, иначе она бы не оказалась в такой ситуации, как вышло. И судя по тому, как смущённо отвела взгляд Хонока, недалеко от истины.

– Не переживай, резерв подрастёт. Чакра у тебя сильная, а остальное вопрос старания, – решил я поддержать девушку. – Присаживайся, пообедаем, а там, как немного восстановишься, поглядим, что можем сделать.

Свой родной резерв, как мы поняли спустя пару недель, когда она начала полноценные тренировки, у неё оказался меньше Какаши. В её двадцать лет, для Узумаки, пусть и не посредственно обученного, не очень хороший результат.

Поэтому я сидел на лавочке, щурясь от ласкового солнышка, а она приседала напротив, хрипя, в попытках вдохнуть глубже.

– Ещё пару раз, за всех Узумаки, Хонока-тян.

Она медленно толкала пятками землю, но на середине остановилась и завалилась набок. Утяжелители у неё всего на двойной вес настроены, а вот какой эффект…