Владимир участвовал в процессе как главная ударная сила, если что пойдёт не так с порталом, и как контролёр расхода энергии, потому как за один раз выплёскивалось почти три миллиарда эрг, и требовалось делать это осторожно и мягко, во избежание всяких неприятностей.

Попытка военных повторить создание моста на Севере, но без Соколова, обошлась им в пятьдесят убитых, большое количество потерянных ресурсов, и ворох уголовных дел.

Узор собирал в трапециевидную форму грунт, сгребая его в виде длинного непрерывного вала, и прессовал огромным давлением и химическими преобразованиями до состояния монолита, участками по двести километров в длину и пятьдесят пять метров в ширину с разделительным барьером в центре. В теории можно было проходить и больше за раз, но на краях узора, его искажало, и качество дорожного основания оставляло желать лучшего.

Поэтому сначала укладывали перед собой двести километров, проходили прямо по новой дороге до конца, и укладывали новый участок успевая сделать за день около четырёхсот километров.

Генерал-полковник Строев, своим приказом отдал в распоряжение Соколова всех егерей, связистов тыловиков и вообще людей в погонах, оставив за собой общее руководство стройкой и гражданскими специалистами. И Владимиру срочно пришлось менять гражданскую одежду на форму, принимая на себя руководство разношёрстной сборной войсковой группой и решая сотни вопросов в безостановочном режиме.

Кроме того, требовался постоянный контроль за реактором и накопителями, временами трасса дороги втыкалась в аномалии разного уровня, и зачистку таких очагов, тоже взял на себя Владимир с двумя десятками ведьм, и приданными егерями. Он быстро добирался до центра активности, убивал засевшего там монстра, а ведьмы проходили территорию, одновременно очищая её от вредных эманаций, и биологических остатков.

Порой случались и вполне серьёзные участки с активностью тварей до пятисотого уровня опасности, но Владимир разбирался и с ними, поглощая ядра высокоуровневых тварей, раскачивая личный энергорезерв, и каналы выхода.

Точный размер резерва, Соколова интересовало слабо. Ну узнает он цифру, и что? Сразу полегчает, или наоборот настигнет грусть — тоска? Монстры стали убиваться быстрее, легче, а зачистка аномалии в одно лицо уже не вызывала никаких затруднений.

Ещё большим подспорьем стало наличие летающего автомобиля. Он часто мотался в Москву, прихватывая кого-то из руководства строительства, и держа руку на пульсе дел компании.

Но и так, все два месяца, стройки, Владимир отдыхал, зависая в свободное время, медитируя в глухих уголках, проводя время с кем-нибудь из Высших, или летая вокруг планеты. Забираться дальше не рисковал, так как машина конечно хорошая, но, если что откажет, это будет совсем плохо.

К октябрю, дорога дошла до Владивостока, соединив трассу со строящейся дорогой от Бейлинга, через весь север к Хабаровску.

Специальный Строительный Отряд расформировали, наградив всех соответственно заслугам. Генерал-полковник Строев получил Орден Рюрика первой степени и должность заместителя министра по военному строительству, с перспективой занять кресло министра строительства, а Владимиру вручили орден «Золотая Звезда» с молотками, означающими подвиги на ниве строительства.

Но Владимир делал это не для орденов или общественного признания, хотя попасть в верхнюю часть списка строителей Большой Магистрали, дорогого стоило. Он относился к стране как к огромной коммунальной квартире, и везде, где мог, улучшал её, старался сделать богаче и приятней для жизни. Десятки школ в маленьких городках и посёлках, вывесили рядом с номером школы и указанием органа подчинения логотип «Гипербореи» или трискелис Ковена сообщая всем, что находятся под покровительством этих организаций, и часто случалось так, что школа в глубинке обеспечена лучше, чем школы в крупных городах. Хотя и городских училищ, взятых под покровительство было немало. Кадетский Егерский корпус, скромно существовавший за счёт Военного Министерства и на пожертвования ветеранов, за пару лет превратился в огромное учебное заведение, куда могли поступить все дети егерей вне зависимости от места и срока службы. Ну и конечно десятки школ и училищ Ковена, с отделениями алхимии, ювелирно-амулетного, и военного дела, и три академии Ведающих, куда принимали девочек и мальчиков, по специальному конкурсу.

У ведьм вообще существовало некоторое предубеждение против ведающих — мужчин, но Владимиру удалось продавить сначала пробный класс, а после и полноценное обучение мальчишек ведовскому делу. И если сначала шли неохотно, то сейчас на все факультеты Академий, выстраивались очереди подростков.

Уже на второй год учёбы, все парни активно окучивались Военным министерством, Министерством здравоохранения, и другими государственными организациями, как ценный ресурс, и всё потому, что, не имея никаких трудностей с энергией, академия уже раскачала учеников до уровня мастеров, а к четвёртому курсу, предполагался выпуск из магистров.

Секрет такого мощного прогресса заключался в том, что ведьмы все свои методики строили исходя из крайне скудного потока силы, а значит каждый эрг шёл в дело. Плюс зелья, добываемые сейчас в огромных количествах, кристаллы — накопители, и конечно собранные по всем дальним закоулкам старые опытные ведьмы, разменявшие вторую тысячу лет. Через три года, первый выпуск Академий, и тогда можно будет серьёзно скорректировать программы обучения, а пока, приходилось вносить небольшие коррективы «на ходу».

Таких проектов у «Гипербореи» и Ковена насчитывалось более десятка, и даже существовали специальные люди, следившие, за порядком в этой сфере.

Практически, Владимир половину прибыли компании пускал на подобные проекты, включая разные конкурсы для учащихся, и летние лагеря, закладывая прочное кадровое основание для расширения компании и Ковена. И так работали почти все крупные компании страны, готовя кадры под себя и выступая поставщиком специалистов определённого профиля для других компаний.