– Забудь об Алистере! Регенты собираются уничтожить оба Ордена,-прошептал Джаван,-Мы не можем просто так смотреть, как убивают ни в чем не повинных святых людей. Мы должны предупредить их!

Тавис задумался на минуту, потирая губы глянцевой кожей покалеченной руки, потом посмотрел на Джавана.

– Хорошо. У меня есть идея, которая может сработать, в то же время она разрешит еще одну проблему. Как ты себя чувствуешь?

– Что? Прекрасно, я понял.

– Нет,-ответил Тавис, взяв перо и пергамент,-ты чувствуешь себя ужасно.-Он коснулся лба мальчика, воскликнул громко и покачал головой.-Да тебя трясет в лихорадке или будет трясти к тому времени, когда это попадет по назначению,-добавил он, слегка улыбнувшись. Он обмакнул перо в чернильницу и начал писать.

– В самом деле я очень обеспокоен твоим здоровьем, Джаван, хотя ни за что не сообщил бы этого нашим драгоценным регентам. Боюсь, они во всем обвинили бы меня. Но если я пошлю Рису информацию, которую мне удалось собрать сегодня, прежде чем я вернулся и нашел тебя тяжело больным, ты думаешь, он откажется прийти на помощь?

Джавана осенило, и он неспешно кивнул.

* * *

Когда часом позже королевский слуга принес послание Тависа, Рис сидел, запершись с новым архиепископом и его секретарем. Там же были Джебедия и епископы Найэллан и Кай. Вечерняя месса только что закончилась, и шестеро дерини, легко поужинав, принялись за обсуждение нового сана Камбера и необходимых мер предосторожности.

К этому моменту возмущение регентов результатами выборов стало очевидным. К вечеру доверенное лицо епископа Эллина сообщило о событиях в большом зале. А все дальнейшее они легко могли представить. Следующие двадцать четыре часа станут решающими. Если им удастся обеспечить безопасность Алистера при вступлении на престол примаса и водворении в Регентский совет в соответствии с законом, весь деринийский народ получит дополнительный шанс спастись или по крайней мере оттянуть развязку.

Они были увлечены своей дискуссией, защищенные от вторжения человека или дерини преградами Камбера, и не заметили приближения гонца, только осторожный стук в дверь прервал обсуждение.

– Кто бы это мог быть?-Камбер говорил со страхом и раздражением. Одновременно он поднял свои защиты, проверил, что его собеседники сделали то же самое, и мысленным приказом убрал преграды.

Когда Йорам пошел открывать, Камбер не встал и даже не повернулся, но использовал свои способности, чтобы установить, кто пришел. За дверью чувствовался мозг человека знакомого, но не связанного с какой-то конкретной личностью. Йорам открыл дверь и отступил в сторону.

– Рис, он хочет говорить с тобой.

Рис направился к двери, где ждал королевский слуга.

– Бертранд, не так ли?-спросил Рис. Бертранд нервно кивнул.

– Да, милорд. Священник внизу сказал, что я могу найти вас здесь. Надеюсь, я не помешал. Прошу меня извинить, ваши милости,-добавил он, обращаясь к трем епископам, повернувшимся взглянуть на него.

Рис подбодрил юношу улыбкой.

– Все в порядке, Бертранд.-Он заметил, что юноша держит свернутый и запечатанный пергамент.-Это послание для меня?

– Да, милорд. Меня прислал лорд Тавис от имени своего хозяина принца Джавана.-Он посмотрел на остальных и смущенно опустил глаза.-Его Высочество очень болен, сэр,- продолжал он тише.-У него лихорадка. Лорд Тавис услышал, что сегодня утром вы прибыли в Валорет, и надеется, что вы придете к Его Высочеству. Он поручил мне отдать вам вот это.-Он протянул пергамент.-Он очень просит вас прийти.

– Он очень просит меня?-спросил Рис, беря юношу за плечи и проверяя его мозг.

В то же мгновение Камбер присоединился к зятю и увидел лицо Тависа, принца, бьющегося в лихорадке и в бреду раскидывающего одеяла, Тависа и юношу, вытирающих горящее тело Джавана водой из растопленного снега, Джавана, мечущегося и стонущего под руками Тависа.

О, Боже, что случилось с Джаваном?

Мгновение спустя Рис взял пергамент, все еще торчавший из неуверенной руки слуги, пробежал пальцами по печати, убеждаясь, что послание было действительно от Тависа.

Камбер посмотрел на остальных и установил с ними контакт, чтобы все могли узнать содержание письма,-сначала на Йорама, потом-на Джебедия и после секундного колебания-на Найэллана и Кая. Глазами Риса они видели, как разворачивается пергамент, и с растущим беспокойством взглянули на неровные строки послания.

"Из достоверных источников мне стало известно, что регенты планируют двинуться против гавриллитского и михайлинского религиозных домов на Лендорском нагорье. Сейчас там находятся барон Рун и его войска, которым отдан приказ начать действия после избрания Алистера Каллена, детали мне не известны. Его Высочество так ужаснула мысль о возможном убийстве святых людей, что у него началась лихорадка, с которой я не могу справиться. Пожалуйста, предупредите архиепископа Каллена, пусть позаботится о своем Ордене, и приходите помочь мне. Жизнь принца Джавана зависит от вас".

Под посланием стояла печать и подпись: Тавис О'Нейлл.

ГЛАВА 24

Они грабили храм Божий, словно и не было мстителя.

Псалмы Соломона 8:10

– Боже мой!-пробормотал Рис, опуская пергамент и ошеломленно глядя на Камбера.

В его мозгу еще звучали слова послания, а рука уже лежала на плече Бертранда, направляя его к выходу.

– Подожди за дверью, пожалуйста,-сказал он.-Я присоединюсь к тебе через минуту.-Он закрыл дверь, на мгновение прижался лбом к ее гладкому дереву, потом повернулся и подошел к камину.