Конечно, получив статус учителя, она считала себя взрослой, а на нас смотрела как на детей. Она, похоже, даже не задумывалась, что окружающие вряд ли замечали разницу в нашем возрасте. Для них мы были не более, чем троица подростков.

— Думаю лучше Вам всё-таки выбрать кого-то одного, — подмигнул я.

— На что это Вы намекаете, герцог?! — возмутилась девушка, слегка залившись краской.

— Ни на что такое, о чём Вы могли подумать, — тут же ретировался я. — Но вот окружающие… Боюсь, если девушка Вашего возраста останетесь на ночь в номере сразу с двумя такими красавцами, они могут это неправильно понять, — задумчиво произнёс я, и тут же добавил: — Так что скажете? Уверены, что хотите заночевать в одном номере с нами двумя?

Тут, похоже, она вспомнила и первое утро, когда самовольно зашла ко мне в комнату, и случай со служанкой, и до неё, наконец, дошла вся глупость сказанной ей фразы.

— Да как так можно?! Я вообще-то ваша учительница!

— А я, между прочим, ни о чём таком и не думал. Да и Ярослав тоже. Вон сколько ночей вы с ним уже провели в одной кровати, и ничего…

— Вы!.. — крикнула Виктория, глядя то на меня, то на кузена, с каждой секундой всё больше краснея.

В итоге, она так и не закончила фразу. Кипя от злости, или, скорее, смущения, девушка ушла в дилижанс и не выходила до самого Дюссельдорфа, где, в итоге, сняла два соседних номера, вот только ключ от нашего оставила у себя.

— Сейчас же ложитесь спать, — сурово произнесла она, открыв нам дверь. — Утром провожу вас в баню. Но что б оттуда ни ногой. Я закончу с делами, и сама приду за вами.

Я хотел пошутить про совместный приём ванны, но, по итогу, решил «не играть с огнём».

Она заперла нас в номере до самого утра. Благо, внутри был санузел, а также умывальник с водой. Ярослав прихватил с собой кое-какой перекус, а ещё ту самую бутылку литовского бальзама, что он купил в Вильнюсе.

— Ну ты даёшь! — рассмеялся я.

— А что такого? Должны же мы его попробовать. Когда у нас ещё такой шанс выпадет? В академии такое точно не выйдет. Если застукают, сразу в комнату наказаний отправят. А туда лучше не попадать. Говорят, жуткое место… — поморщился Ярослав. — К тому же сегодня у нас и повод есть. Отметим твоё выздоровление.

— Ладно, уговорил, — кивнул я.

Но стоило ему наполнить рюмки, как я засмеялся.

— Ты чего?

— Да просто представил картину: Виктория завтра открывает дверь, а мы пьяные лежим. Интересно, она сразу нас убьёт?

— Да тут и пить-то нечего, так что она даже не узнает.

Бутылка и правда выглядела небольшой, миллилитров пятьсот-семьсот. И напиток был слабее предыдущих, по крайней мере, по ощущениям. Да и пился очень легко. Но после третьей стопки я почувствовал, что голова поплыла. А после пятой Ярослав вновь завёл шарманку про девушек и леди Викторию.

— Спали вместе… Это надо ж было тебе такое выпалить. Но как же она смутилась… А чего она, собственно, ожидала? И вообще, как она посмела нас запирать?! Что она думает, что если научилась махать мечом, то ей всё можно?! Зато я намного сильнее её в магии. Вот сейчас пойду и вышибу дверь!

С этими словами он достал свою палочку и шатким шагом направился к выходу.

— Эй-эй! Успокойся! — едва успел перехватить его я. — Не нужно ничего вышибать! Тебе что, не нравится моя компания? Да и вообще, время уже позднее, так что давай уже ложиться.

Ярослав вдруг резко остановился и на несколько секунд уставился в пустоту:

— Слушай, а ты прав! — ни с того, ни с сего заявил он. — Чего это я должен за ней бегать? Пусть сама приходит сюда. А я просто лягу спать.

— Вот и правильно, — кивнул я и довёл его до кровати.

Едва приняв горизонтальное положение, кузен сразу вырубился. Да я и сам уже едва стоял на ногах, а потому, перебрался на соседнюю кровать и тоже заснул.

* * *

Проснулся я от истошного крика Виктории:

— Вы почему голые?! Чем вы здесь занимались всю ночь?!

Приоткрыв глаза, понял, что моя одежда и правда отсутствовала, а прямо посреди комнаты стоял абсолютно нагой Ярослав. Черницова же застыла в дверном проёме, и оттуда, краснея, пялилась на его тело.

— Сейчас же одевайтесь и выходите. Даю вам пять минут!

С этими словами она удалилась, громко хлопнув дверью.

— Не хорошо получилось, — смущённо произнёс кузен.

— Не то слово. А теперь расскажи, почему мы голые? Точно помню, что засыпал одетым.

— Да просто мне ночью плохо стало. Вот я и решил её постирать.

— Ладно. А что с моей случилось?

Оба комплекта, как новенькие висели на вешалке около окна.

— Я её решил за компанию освежить. Чтобы кое-кто не говорил, что от нас воняет.