Бах!

Раздался грохот, машина подпрыгнула; я схватился за руль и понял, что наехал на лежачего полицейского. Таня дёрнулась, Аня поправила свои растрёпанные волосы.

Фух.

Ладно…

…Сейчас явно не самое подходящее время, чтобы предаваться размышлениям.

Я выбросил шальные мысли и сосредоточился на дороге.

Аня и Таня проживали в новенькой многоэтажке в центре города. Выйдя из машины, я сунул ключи в карман и вдруг понял, что мой телефон и кредитная карточка прямо сейчас находились в другой реальности; а значит я был совершенно нищим пока не пройду утомительную процедуру верификации в ближайшем отделении своего банка.

Впрочем, памятуя, что представляет собой последняя, возможно лучше рискнуть и совершить небольшую экспедицию в Зону Кошмара — вполне может быть, что это будет менее губительно для моей психики.

В итоге Аня сама заплатила в продуктовом, после чего, с двумя пакетами в руках (моих), мы стали подниматься на двенадцатый этаж.

Вообще я не помню, когда последний раз навещал свою сестру. Когда селишься в загородном доме и привыкаешь к сладкому запаху деревенского навоза, любые вылазки в человейники превращаются в настоящую пытку. Тем паче, что в этой квартире обитали две женщины, что делало её похожей на миниатюрное минное поле.

До сих пор помню, как в детстве я регулярно находил в туалете…

Впрочем, не будем об этом.

Мне ещё хотелось оттянуть момент «серьёзного разговора», который намечался между мной и Аней, и в то же время я понимал, что откладывать его таким образом можно было бесконечно.

Иной раз лучше сразу отстреляться, а потом… будь что будет.

Впрочем, подходить к этому дело необдуманно тоже неправильно. Опасно. Я предложил устроить нашу беседу после ужина, намереваясь до этого момента заранее придумать, что именно собираюсь говорить. Однако стоило мне свалиться на кушетку и закрыть глаза, как на меня вдруг навалилась неподъёмная усталость.

Вскоре я заметил, что воцарилось молчание; Аня и Таня старались не шуметь пока разбирали вещи, после чего тактично ретировались в свои комнаты.

Затем тишина сгустилась и стала проникать в моё сознание. Я понял, что погружаюсь в дрёму, и не успел обдумать, насколько правильно и своевременно это было в контексте всего происходящего, когда моё сознание, точно железный шарик, зависший на краю обрыва, проехало последний миллиметр и со свистом устремилось в небытие…

Окружение в Зоне кошмара не зависит от того, где засыпает твоё материальное тело… Так и запишем.

Я осмотрел свою спальню и невольно испытал облегчение, когда увидел кромешный мрак с другой стороны задвинутой шторы. Немного странное чувство, учитывая, где я сейчас нахожусь и что происходит, но так устроен человек, что привычное, пускай и безумное, ему приятней, нежели «нормальное», однако нежданное.

Кстати, впору задуматься, что вообще представляет собой это место? Когда я покидаю тела носителей в других мирах, я остаюсь на том же месте, пускай и более приближенном к Зоне Кошмара. Здесь всё было не так. Почему?

Я задумался и вспомнил странную субурбию, в которой раньше проживала Х, и которая была проявлением её подсознания. Наверное, в моём случае действовал похожий принцип; следовательно, трещина в Зону кошмара находилась прямо у меня в голове.

…Возможно, впредь мне следует прикрывать её шкафчиком для одежды — чисто на всякий случай.

С этой мыслью я вернулся в дом на берегу, увидел, что Х не было на месте, и сразу направился в подвал.

Послед недолгих метаний я направился в Мир Тали. Последний был единственный доступным на данный момент измерением, где я ещё не был божеством. Следовало наверстать.

Пока я пробирался через узкий туннель, мной завладело волнение. Сколько времени прошло с моего последнего визита? Неделя? месяц? год? Жаль, но контролировать данный момент я был не в состоянии. Тогда бы я попытался найти баланс, чтобы одновременно сохранить контроль и не тратить годы собственной жизни.

Выбравшись из туннеля, я обнаружил себя внутри кареты. Последняя стояла на месте. Я сосредоточился на пальце, и туман у меня перед глазами сменился кромешной чернотой.

Я поморгал.

Ничего не изменилось.

Я попытался выпрямить руки и обнаружил, что с обеих сторон меня поджимают узкие стенки. Я постучал по ним костяшками пальцев и услышал характерный деревянный стук. Затем попытался приподняться и ударился головой о потолок.

Тогда я глубоко вдохнул, первый раз с момента моего пробуждения, и ненужный, ибо совершенно не чувствовал у себя потребность в дыхании, тем паче, что воздух был спёртым и неприятным, приподнял руки и надавил на крышку. С моей стороны потребовалось усилие, превосходящее способности обычного человека, прежде чем препятствие съехало в сторону и мир у меня перед глазами прояснился.