Ну, да, он ведь дворянин, а потому разбирается в военном деле, хоть и не имеет специального образования.

– А второе? – спросил я.

– Высота, для обычного бомбометания не нужно подниматься так высоко, точность падает. – Можно представить, что там, - он показал рукой в сторону, откуда раздавалась канонада, войскам противостоит отряд магов, причём, чертовски сильных магов. Они поднялись на такой уровень, куда не достанет никакое заклинание.

– А откуда взялся отряд магов, да ещё сильных, если все сколько-нибудь сильные маги состоят на службе у короля? – задал я резонный вопрос.

– Я тебе больше скажу: маги, уровень которых чуть выше моего, уже должны стоять на учёте, и подлежат мобилизации в ходе войны.

– Может, иностранные?

Он покачал головой и протянул мне фляжку.

– Здесь мы обошли другие страны, настолько, что в любой войне те будут полагать строго на оружие, оставив магов в госпиталях. Наша страна имеет отличную возможность к экспансии, но отчего-то этим не занимается.

– Хочешь сказать, придворные маги восстали? – я отхлебнул из фляжки коньяк.

– У тебя есть другое объяснение?

Я пожал плечами. В уровнях магов я разбираюсь немногим лучше, чем в политике.

– Теоретически, можно набрать слабых магов, обвешать их амулетами, подключить к каждому источник, вроде «сердца»… но, опять же, кто сделает эти амулеты?

В этот момент нам пришлось отвлечься, поскольку мимо дома двигался довольно большой обоз. В сопровождении десятка верховых ехали телеги с ранеными, штук десять или больше, они продолжали прибывать из-за угла. И в каждой телеге было не меньше дюжины страдальцев, все тяжёлые, сплошь в бинтах, многие лежачие, кто-то без рук и ног.

Гловер немедленно дотянулся рукой и ухватил подзорную трубу. У покойного астронома, кроме классических телескопов имелся приличный набор разной оптики, в том числе и вполне приземлённой.

– Так, - начал комментировать Гловер, настраивая прибор. – Ожоги у каждого второго, лопнувшая кожа. Вон тот парень, на второй телеге, кажется, лишился глаз. Ожоги от электричества, обморожение. Итого, всего десяток наберётся с обычными ранами, остальные пострадали от магов.

– Значит, твоя теория верна?

– Спросим у следователя, - грустно сказал он.

В этот момент взрывы за городом усилились, видимо, дирижабли вывалили свою смертоносную начинку.

– Не завидую я магам, - сказал я.

– Да, ты прав, современное оружие и масса пехоты не оставляют им шансов. Взвод солдат залпом из винтовок выбьет защиту любого мага, а вторым залпом сделает из него решето. Если магов много, и они поддерживают друг друга, то продержатся дольше, понадобится два взвода. Или три. Выводить магов в поле – это идиотизм.

Больше мы ни о чём не говорили. Я посидел ещё какое-то время, после чего вернулся за стол, где парни, потеряв уже всякий стыд, пользовали девок прямо за столом. Девки не возражали, поскольку тоже были пьяны. Я хотел присоединиться, но решил поберечь силы и завалился спать на огромном кожаном диване.

А утром нас подняли. Не знаю, уснул ли часовой наверху, но меня растолкал Хорт.

– Виктор, вставай, там в дверь стучат, - он тряс меня за плечо.

Спать всё ещё хотелось, но голова была ясной, длительный сон спас от алкогольного отравления. Я вскочил и подхватил револьвер.

– Сейчас ввалим им, хватай оружие!

Но здоровяк тут же осадил мой воинственный порыв.

– Там это, кажись, полиция. Или солдаты.

Вот как, значит, с переворотом справились, теперь порядок наводят. Всего-то три дня потребовалось. Или четыре? Сколько мы здесь?

Я озвучил свой вопрос, Хорт почесал в затылке, но ответа не дал, в алкогольном угаре никому не пришло в голову считать дни. Может, Гловер помнит? Впрочем, какая разница?

А за дверью стучали всё сильнее, сделать вид, что дома никого нет, не получится, дверь просто вынесут. Сейчас явно били прикладами.

– Достучаться в двери дворцов можно только прикладами винтовок, - процитировал я известного революционера и, натянув штаны (и сунув за ремень револьвер), отправился открывать.

– За дверью меня встретил отряд из трёх полицейских, одного офицера и примерно пары десятков солдат с винтовками. Солдаты, в отличие от полиции, выглядели плохо, часть была легко ранена, под формой виднелись бинты, часть просто валилась с ног от усталости. Их явно только что вывели из боя, поручив навести порядок в тылу. Оружие никто наставлять не стал, но офицер, крепкий дядька с усами Будённого, строго спросил: