– И?

– Сказано – сделано, мы пошли! По всем заведениям, ух… Чего мы там только ни видели! Ива, фото покажешь?

– Только когда напьемся вдрызг! – рассмеялась сестра.

– Итак, – подвел итог Ваня. – Круг один, тост один… За женские обиды. Иногда их результат непредсказуемо хорош.

Я ахнула от количества выпивки, которую расставил на нашем столе официант: целая шеренга стопок.

– Мы все это будем пить?

– И есть… Еще закуски. Пить-есть-танцевать…

– Подождите-подождите, мне столько нельзя! – запротестовала я по привычке. – Мне еще завтра надо на работу, я кое-что не доделала и… – начала я и хлопнула себя по лбу. – Забыла!

– Что забыла?

– Я же уволилась! Все, выход в субботу на нелюбимую работу отменяется! – звонко сказала я и захлопала в ладоши. – Пьем.

– Пьем!

– В субботу? На нелюбимую работу? – переспросила сестра. – Ты в своем уме?

– Я ответственная.

– Меня в субботу не вытолкнешь на работу. Но у тебя может быть только одна очень важная причина, чтобы туда пойти, – подмигнула сестра. – Красивый, сексуальный начальник.

– За приятности на рабочем месте! – не растерялся Ваня. – Пьем!

Мы чокнулись, снова выпили, закусили немного.

– Так что с боссом? – поинтересовался Ваня. – Хороший мужик, если бегаешь на работу субботним утром?

Я не успела ответить. Между лопаток скользнуло жаром, будто на меня кто-то пристально смотрел. Даже волоски приподнялись на шее.

Мимо нашего столика прошел кто-то, сел по другую сторону, за наши спины.

На секунду мне даже почудилось, будто в воздухе пронесся знакомый аромат парфюма.

Босс таким пользовался.

Но с другой стороны, этот аромат был модной новинкой в мире парфюмов, мало ли кто мог пользоваться таким же?

Мою спину и шею продолжало жечь взглядом. Но оборачиваться я не стала.

Мы же в баре, а я в мини. По-любому кто-то пялится.

К черту, я отдыхаю!

– Мужик? – переспросила я. – Ванюш, там мужиком и не пахнет. Не дорос.

Семейная пара захихикала.

– Че, мелкий? И в трусах тоже – мелкий?!

– В трусы не заглядывала, но не думаю, что у него там есть на что посмотреть. Ростом вымахал, но умишком отстает, – выдохнула я. – Со вкусом у него тоже беда. Таких бледных и слабых на передок девок на работе оприходует, что даже стремно о таком сплетничать.

Ваня рассмеялся, подхватил шутку, рассказал несколько смешных анекдотов о мужчинах и причиндалах, Ива тоже подхватила, мы смеялись до слез, до колик в животе.

– Значит, босс у тебя неказистый, глупый… Но хоть платит хорошо? – спросила сестра.

– Платил. Но премию зажал. Наполовину.

– Мелочный мужик, – заметила сестра.

– Однозначно, мелочный! – подтвердила я. – Мелочный и недальновидный, если отдает предпочтения молодым кадрам без опыта работы. Такими темпами он фирму отца развалит, – с сожалением прояснила.

– Не его бизнес?

– Его бизнес? Божечки… – я рассмеялась. – Не думаю, что он способен создать что-то достойное своими усилиями. Все досталось ему от отца, прежнего босса. И то лишь потому, что родной сын босса – наркоман и гуляка, все продует за день. Вот пришлось передать фирму в руки отпрыска, нагулянного на стороне, в надежде, что он не развалит все так же быстро, как родной.

– М-да-а-а… Жалко. А прежний хозяин хорош?

– Про Ивана Михайловича я ничего плохого сказать не могу. Пока его инсультом не схватило, он был до последнего на работе! – честно сказала я. – Фирма процветала. Но, похоже, на этом все. Бизнесу каюк. Господин Мерзавкин желает собрать вместо рабочего коллектива гарем молодых курочек-гриль, отжаривая их.

– Хороним бизнес. За такое выпьем, не чокаясь, – загробным голосом произнес муж сестры.

Мы снова рассмеялись, потом я принялась слушать, как мои родные в Тае решили устроить загул – отправились по стрип-клубам, причем как клубы для мужчин, так клубы и для женщин.

Потом мы много танцевали. Снова пили. Снова танцевали.

После этого бара мы отправились в бар с караоке, потому что все любили петь.

Несколько рюмок топлива для души…

Несколько песен…

Потом снова танцпол. Ко мне кто-то пристал пьяный и не очень приятный. Но его быстро оттеснил в сторону высокий, крепко сложенный мужчина.

От него веяло такой уверенностью, защитой. Я потянулась к нему, он ко мне.

Его горячие руки, губы…

Это помню.

Больше ничего не помню.

Дальше темнота, охи, стоны, кайф, кайф…

Мы едем куда-то.

Кровать.

Тяжелое мужское тело.

Он вкусно пахнет и трахается, как бог.

Я напилась так, что отпустила себя. Впервые за много лет получала кайф от того, как меня трахал мужик большим и толстым членом.