Меня сложно назвать полиглотом. В школе мне удалось более или менее выучить английский, в университете я пошла на курсы французского. Но эти письмена не имели ничего общего ни с тем, ни с другим. Так почему я могу их прочесть?

К повозке подошел Агэлар, и я вздрогнула от его голоса:

– Та… хэ… сапре. – Его рот открывался, я слышала звуки, но не улавливала смысл.

Я нахмурилась, прислушиваясь, и постепенно слова показались мне знакомыми. Я словно вспомнила чужой язык.

– Сте… и… о… чнулась? Выбирайся из повозки, мы приехали.

Я вздрогнула, когда поняла Агэлара. А потом раскрыла рот и сама заговорила точно так же:

– Куда?

Слово прозвучало вполне естественно. Как будто я всегда общалась вот так. Прямо какое-то лингвистическое чудо.

– На постоялый двор, – ответил Агэлар, совсем не удивившись моей способности его понимать. – Сегодня переночуем здесь, а завтра ты предстанешь перед хозяином.

Я передернула плечами. Это еще что за намеки? Я не собачка, чтобы у меня был хозяин. Но спорить не стала. Еще свежо было воспоминание о том, как люди Агэлара убили бабушку.

Агэлар утверждал, что бабушка была демоном, а все мои воспоминания, связанные с ней, – вымысел. Но горевала я о ней, как о реальном и близком человеке. И ничего не могла с этим поделать.

Что это вообще за бред о стирании памяти? В университете мы изучали древнеримскую судебную систему. Там было наказание «проклятие памяти». Уничтожалось все, что так или иначе связано с преступником, – статуи, упоминания в летописях и законах, надгробные и настенные надписи.

Но то преступники, а я чем провинилась? Агэлар утверждал, что я сделала это сама, добровольно. Он точно что-то перепутал. Надо быть абсолютно ненормальной, чтобы пойти на подобное. Если со мной такое и в самом деле случилось, то это кто-то другой стер мою память и подменил реальные воспоминания вымышленными.

Вылезала из повозки, обдумывая возможность побега, но громилы бдительности не теряли. Один из них оказался рядом, стоило мне поставить ноги на мостовую. Облизываясь, он смотрел на мою попу, обтянутую джинсами.

– Можно подумать, ты никогда девушку в брюках не видел, – сказала я и натянула свитер пониже, не желая дразнить мужчину.

– Не видел, – честно признался он. – У нас женщины так не одеваются.

Я недоверчиво хмыкнула. Только не говорите, что мне придется надеть юбку.

Обхватив себя за плечи, я пританцовывала на месте. Не месяц май, между прочим, а разгар зимы. Здесь, как и у нас, было холодно и снежно. Выбравшись из-под шкуры, без куртки я сразу замерзла.

– Идем. – Агэлар кивнул на дверь постоялого двора. – Не хватало еще, чтобы ты заболела.

Ну надо же, не похититель, а просто душка.

Вслед за мужчиной я пересекла порог и сразу поняла, о чем говорил громила. В зале хватало посетителей, часть из них женщины. Все как одна носили платья с юбками в пол из плотной шерсти. Этакий фасон «средние века».

На этом фоне мои джинсы произвели фурор. Все в зале замерли и уставились на мою скромную персону. Женщины – с ужасом, мужчины – с интересом. За секунду я стала местной знаменитостью.

Немая сцена могла длиться долго, но Агэлар прервал ее.

– Нам нужны комнаты, – произнес он. – Быстро.

Все тут же пришли в движение.

Вскоре мы уже поднимались по лестнице на второй этаж. Пока я шла, весь зал смотрел мне вслед. Почему у меня ощущение, что будут проблемы?

– Спальня для дамы.

Служанка, смерив меня презрительным взглядом, открыла передо мной дверь. Мой внешний вид выводил ее из себя. Казалось, еще немного – и она крикнет: «Профурсетка!» И это я еще смягчила.

За дверью была тесная комнатушка с кроватью, столом и стулом. Негусто. Надеюсь, хотя бы тараканов нет. Я их не переношу.

На столе горела одинокая свеча. Кошмар, здесь нет электричества. За что мне все это?

– Комнаты мужчин дальше по коридору, – добавила служанка.

– Можешь быть свободна, – кивнул ей Агэлар, втолкнул меня в комнату и следом вошел сам.

У нас же не общая спальня?

– До утра будешь здесь. Сиди и не высовывайся, – велел он. – И не вздумай бежать. Это не твой мир, здесь ты в одиночку долго не протянешь, да и я мигом тебя найду.

Чужой мир? Что-то подобное я и подозревала. Но в этом есть плюс. Раз Агэлар перенес меня сюда, значит, можно вернуться назад.

Жаль, сам момент перехода я не видела. Меня нарочно лишили сознания, чтобы я не знала, как вернуться домой. После такого не стоит ждать, что Агэлар расскажет подробности о путешествиях между мирами. Придется самой как-то выкручиваться.